November 28th, 2010

best
  • mikat75

Академгородок, 1964. Пост 26. Академия наук против Лысенко (2)

Продолжение главы Академгородок, 1964.
см. Академгородок, 1964. Пост   1  -  10,   11  -   20,   21,   22,   23,   24,   25.

См. также предыдущие главы: Академгородок 1959, 1960, 19611962 и 1963 гг.




кто осмелился выступить против Лысенко

 

          Академик Владимир Александрович Энгельгардт (1894 – 1984) – всемирно известный молекулярный биолог, герой Социалистического труда, лауреат Сталинской премии. В 1931 году он открыл ключевое явление в энергетике живой клетки: образование аденозинтрифосфорной кислоты (АТФ) за счет энергии процессов биологического окисления. В 1939 году он объяснил биохимический механизм сокращения мышц. Энгельгардт предложил объяснение физиологического механизма взаимодействия процессов дыхания и брожения, именно фазы угнетения брожения дыханием (так называемый эффект Пастера). Под его руководством сотрудниками Института молекулярной биологии расшифрована первичная структура двух  транспортных РНК, определена последовательность аминокислот в крупной молекуле белка, разработаны новые методы структурных исследований белков нуклеиновых кислот (1965).

   Академик Игорь Евгеньевич Тамм (1895 —1971). Основные направления научного творчества Тамма относятся к квантовой механике, физике твёрдого тела, теории излучения, ядерной физике, физике элементарных частиц, а также к решению ряда прикладных задач.
               В 1932 году опубликовал работу, в которой теоретически предсказал существование поверхностных состояний на поверхности твёрдого тела (этот вид поверхностных состояний сейчас известен как состояния Тамма).
              Совместно с И. М. Франком в 1937 году описал (формула Франка — Тамма) движение частиц в среде со скоростью, превышающей скорость света в этой среде. Эта работа объяснила ранее полученные экспериментальные данные (эффект Вавилова — Черенкова), за что в 1958 году Черенков, Франк и Тамм получили Нобелевскую премию. В 1945 году разработал метод решения задач квантовой теории поля, получивший название метода Тамма — Данкова. Лауреат Сталинской премии первой степени (1946). В 1967 году был награждён Большой золотой медалью имени М. В. Ломоносова за выдающиеся достижения в теории элементарных частиц и других областях теоретической физики.
                Совместно с А. Д. Сахаровым разработал принципы удержания плазмы в токамаке. В 1933 г. Тамма избирают членом-корреспондентом АН СССР, а в 1953 г. он становится академиком.
                 В 1955 году подписал «Письмо трёхсот» в Президиум ЦК КПСС. Письмо содержало оценку состояния биологии в СССР, критику научных взглядов и практической деятельности Т. Д. Лысенко. В 1960-х годах И. Е. Тамм был активным участником Пагуошского движения ученых за мир, разоружение и международную безопасность, за предотвращение мировой термоядерной войны и научное сотрудничество.

           Академик Андрей Дмитриевич Сахаров (1921 – 1989) совместно с академиком И.Е. Таммом разработал идею магнитного термоядерного реактора (1953). Он был «отцом» водородной бомбы в СССР. Он стал трижды Героем Соц. Труда, лауреатом Сталинской и Ленинской премий. В 1953 – 1968 его общественно-политические взгляды претерпели серьезную эволюцию. Сахаров стал одним из инициаторов Договора о запрещении ядерных испытаний в трех средах. В 1964 и 1965 выступил против Лысенко, противодействовавшего развитию генетики. В 1966 принял участие в коллективном письме XXIII съезду КПСС против возрождения культа И. В. Сталина, обращался к властям с протестами против преследования за убеждения. 

          Академик Павел Сергеевич Александров (1896 – 1982) выдающийся математик, основатель научной школы по топологии. Автор трудов по топологии, теории множеств, теории функций. Герой Социалистического труда (1969), лауреат Государственной премии (1943). В течение тридцати трех лет был президентом Московского математического общества, а в 1964 г. избран почетным президентом. С 1958 по 1962 год П.С. Александров был вице-президентом Международного математического союза.

          Академик Яков Борисович Зельдович (1914 –1987) – один из создателей атомной бомбы  и водородной в СССР. Наиболее известны труды Якова Борисовича по детонации, описанию процессов горения, ядерной физике, астрофизике, гравитации. В 1939—1941 годах Я.Б.Зельдович и Ю.Б.Харитон впервые осуществили расчёт цепной реакции деления урана. В работах Зельдовича по космологии основное место занимала проблема образования крупномасштабной структуры Вселенной. В сотрудничестве с Р. А. Сюняевым создал теорию рассеяния реликтового излучения на электронах и предсказал физическое явление, известное под названием эффекта Сюняева — Зельдовича.

         Четырежды лауреат Сталинской и лауреат Ленинской премии, трижды герой социалистического труда. Награждён золотой медалью им. К. Брюс Тихоокеанского астрономического общества (1983), Золотой медалью Лондонского королевского астрономического общества (1984), золотой медалью имени И.В.Курчатова (1977). Президиум РАН присудил Я.Б.Зельдовичу премию имени А.А.Фридмана 2002 года за серию работ «Эффект понижения яркости реликтового излучения в направлении на скопления галактик».

О Зельдовиче
(юмор из Википедии; не каждый удостаивается)

          Рассказывают, что когда Якова Борисовича избрали академиком, в Арзамасе-16 [это был закрытый город – первый советский ядерный центр. Теперь Саров. МК] на банкете по случаю этого события Зельдовичу подарили чёрную академическую шапочку (носили такие примерно до 60-х годов) и плавки. На шапочке была надпись «Академия Наук СССР», а на плавках — «Действительный член».

          Рассказывают, что однажды академик Мигдал назвал во время жаркой дискуссии Зельдовича при посторонних людях «жопой». Зельдович ничего не ответил, но позже в одной из его статей в УФН появился акростих, приписанный Велемиру Хлебникову: «Могучий и громадный, далек астральный лад. Желаешь откровенья — познай атомосклад», с пометкой «Разыскания Я.Б.Зельдовича». Впрочем, редакция в последний момент заменила слова «Желаешь откровенья» на «Ты ищешь объясненья».

          На одном из собраний Зельдовича попросили высказаться на философскую тему «О форме и содержании». Зельдович ограничился одной фразой: «Формы должны быть такими, чтобы их хотелось взять на содержание».

что было дальше

 

          Разумеется Лысенко не сдался. У него большой опыт, и он знает, что делать. Он немедленно пишет письмо в Президиум Академии.

          Письмо Т. Д. Лысенко Главному ученому секретарю Президиума АН СССР Н. М. Сисакяну. 

          Глубокоуважаемый Норайр Мартиросович!

          Прошу довести до сведения Президента Академии ак адемика М. В. Келдыша и Президиума АН СССР о нижеследующем:

          На общем выборном собрании АН СССР 26/VI 1964 г. я просил Президиум представить мне доказательства обвинения, брошенного в мой и Н. И. Нуждина адрес. Теперь, прочитав стенограмму, я снова прошу Президиум АН СССР в письменном виде представить доказательства следующего обвинения: «...Нуждин вместе с Лысенко несут ответственность за те позорные и тяжелые страницы в развитии советской науки, которые в настоящее время, к счастью, кончаются».

          Попробуйте доказать, в чем заключаются эти «позорные и тяжелые страницы в развитии советской науки». В чем моя и Н. И. Нуждина вина в этом деле?

          Лично меня, отдавшего всю свою жизнь развитию прогрессивного мичуринского направления в биологии на протяжении всей моей научной деятельности, в каких только грехах не обвиняют. Клевещет каждый, кому только охота, причем многие из них не читали ни одной моей научной работы и в то же время обвиняют меня в развале биологической науки. Обвиняют меня также в уголовных преступлениях. С полной ответственностью заявляю, что все это абсолютная клевета.

          До сих пор эту клевету распространяли, хотя и в широком масштабе, но так сказать, неофициально, как говорится, за углами. АН СССР как организация официально к этому делу была непричастна. Теперь же с голословным обвинением выступили уже на большом официальном собрании ученых — на сессии АН СССР. Этим теперь АН СССР показала, что тому, кто будет развивать науку в плане теоретических биологических положений, выдвинутых академиком Т. Д. Лысенко, тому нет места в рядах академиков АН СССР. Иначе зачем при обсуждении кандидатуры в академики Н. И. Нуждина выдвинутые против него обвинения связали с академиком Лысенко. Это только для того, чтобы наглядно показать, что кто в своей биологической работе разделяет научные взгляды академика Лысенко, тому будет создана такая же небезупречная научная репутация, какую недруги науки пытаются создать академику Лысенко.

          Все это крайне мешает моей научной работе и подорвало мое здоровье. Поэтому по состоянию здоровья я отказался от выполнения обязанностей директора Института генетики АН СССР. Об этом я неоднократно заявлял президенту, академику М. В. Келдышу, и просил его назначить нового директора Института генетики.

          Теперь у меня является настойчивая мысль — стоит ли, полезно ли для биологической науки и колхозно-совхозной практики мое пребывание в составе академиков АН СССР.

           Академик Т. Д. Лысенко.
          
               Вот шантажист! Он уверен, что Хрущев его не отпустит!

          Вероятно, похожее письмо было написано им и президенту ВАСХНИЛа М.А. Ольшанскому, потому что тот пишет письмо-донос лично Хрущеву. Вот оно письмо президента ВАСХНИЛ М. А. Ольшанского Н. С. Хрущеву:

Центральный Комитет КПСС
товарищу Хрущеву Никите Сергеевичу

          В связи с выступлением академика А. Д. Сахарова на сессии Академии наук СССР считаю своим долгом довести до Вашего сведения о следующем.

          Да, действительно, селекционер В. Н. Ремесло и генетик Н. И. Нуждин не были избраны в Академию наук СССР по той причине, что они разделяют в биологии направление, развиваемое академиком Т. Д. Лысенко.

          В. Н. Ремесло не только разделяет мичуринское учение, но и умеет им пользоваться в селекционной работе. На основе этого учения выведен сорт озимой пшеницы Мироновская 264, затем еще более зимостойкий и урожайный сорт Мироновская 808; сейчас передан в госкомиссию по сортоиспытанию еще более урожайный сорт Киевская 893, а на подходе в сельскохозяйственных посевах имеется ряд еще лучших сортов. В. Н. Ремесло, как по конвейеру, создает путем направленного изменения наследственно яровой пшеницы новые сорта озимой, один лучше другого. Эти работы вносят существенный вклад в науку. На опыте этой работы академик Т. Д. Лысенко не только еще раз подтверждает правильность ранее установленных закономерностей направленного изменения наследственности яровых в озимые и зимостойкие, но и раскрывает пути направленного изменения ряда других хозяйственно ценных признаков растений, таких как крупность колоса, крупность зерна, хлебопекарные качества, и других наследственных свойств растений, обуславливающих высоту урожая и качество сельскохозяйственной продукции.

         Некоторые физики, химики, математики и биологи, взявшие в свои руки руководство биологической наукой в АН СССР, отстаивая догмы формальной генетики, понятно, не могли допустить в Академию неугодного им ученого.

          В. Н. Ремесло был провален довольно легко еще на первом этапе выборов —на собрании отделения при избрании членов-корреспондентов. Экспертная комиссия противопоставила ему также достойную кандидатуру — Б. П. Соколова, а на самом собрании ему была противопоставлена еще и третья кандидатура — М. И. Хаджинова. Голоса разделились, ни один кандидат не получил необходимых по уставу 2/3 голосов и в итоге вакансия члена-корреспондента осталась незамещенной.

          Член-корреспондент Академии наук СССР Н. И. Нуждин на собрании отделения получил необходимые 2/3 голосов и в качестве кандидата в действительные члены академии был выдвинут отделением для избрания на общем собрании Академии наук. Так как на заседании партийной части академии кандидатуру Н. И. Нуждина никто не отводил и она была рекомендована Общему собранию, то задачу провала его на Общем собрании взяли на себя беспартийные академики. Мотивы этого довольно хорошо изложены в выступлениях академиков В. А. Энгельгардта, А. Д.Сахарова и И. Е. Тамма. Дело в том, что Н. И. Нуждин является ученым мичуринского направления в биологии и неоднократно выступал с критикой формально-генетического направления, которое сейчас превозносится в Академии наук СССР. А для большей действенности отвода А. Д. Сахаров в своем выступлении возвел на Н. И. Нуждина и Т. Д. Лысенко чудовищную клевету политического характера. Это и определило провал кандидатуры Н. И. Нуждина на выборах.

          Многие противники Лысенко в своей борьбе против его научных взглядов пользуются недостойным приемом — клеветой, восстанавливая против него общественное мнение.

          Уже несколько лет ходит пущенная молва о культе Лысенко, который связывают с культом Сталина. Распространяют слухи, что якобы по вине Лысенко в период культа личности Сталина погибли видные советские биологи, другие были уволены со своих постов, третьи подвергались всякого рода гонениям.

          Более двух лет распространяется перепечатываемая на машинке объемом в 210 страниц книга Ж. Медведева «Культ личности и биологическая наука» —ворох грязных клеветнических выпадов, имеющих целью скомпрометировать Т. Д. Лысенко как ученого, гражданина, человека. В числе других обвинений здесь на десятках страниц муссируется клевета о виновности Т. Д. Лысенко в гибели академика Н. И. Вавилова и ряда других советских ученых.

          В 1957 г. на сессии ВАСХНИЛ выступил профессор А. В. Соколов с клеветническим обвинением Лысенко в разгоне кадров агрохимиков.

          На большом совещании лесоводов в 1963 г. профессор Шепотьев Ф. Д. в своем выступлении говорил о вреде существующего якобы культа личности Лысенко, поддерживаемого высшими инстанциями.

          И вот теперь на сессии Академии наук СССР академик А. Д. Сахаров заявил о виновности Лысенко в каких-то позорных и тяжелых страницах советской науки.

          Ни председательствующий на сессии, ни члены Президиума, ни кто-либо из членов академии не отмежевался от этого грубого политического обвинения, наоборот, многие члены академии проводили А. Д. Сахарова с трибуны аплодисментами. Только сам Т. Д. Лысенко заявил протест против такого недопустимого выпада и потребовал от Президиума определить его отношение ко всему этому. Выступление по этому вопросу председательствующего академика М. В. Келдыша нельзя признать удовлетворительным: «Я думаю, — заявил академик М. В. Келдыш, — что выступление А. Д. Сахарова было неправильным и нетактичным, потому что если действительно предъявлять такие обвинения, то надо высказывать причины и их анализировать, а так выступать неправильно». Таким образом, Президиум отмежевался от формы, но не от существа выступления академика Сахарова.

          Лысенко угнетен и обескуражен. Ни один голос на сессии Академии не раздался в его защиту, он вынужден был сам заявить на сессии Академии, что он не преступник, что он честный человек. Где же найти защиту от гнусной, оскорбительной, с грязью смешивающей достоинство советского человека клеветы?

          Ведь есть же Закон, ограждающий советского человека. Почему же он не распространяется на академика Т. Д. Лысенко? Создалось невыносимое, позорное положение.

          Зная Т. Д. Лысенко 35 лет, из которых свыше 20 лет по совместной работе, я уверяю Вас, Никита Сергеевич, что Лысенко лично никакого отношения к репрессиям, арестам кого бы то ни было не имел. Он даже никого из своих научных противников не уволил с работы, хотя по своему положению (Президент ВАСХНИЛ, директор института) не только мог, но даже обязан был в отдельных случаях это делать. Это честнейший человек и великий ученый. Нужно защитить Т. Д. Лысенко от потоков грязной клеветы. Это послужит также защите прогрессивной материалистической биологии, молодые ростки которой ныне топчутся разными способами, теперь уже на уровне сессии Академии наук — высшего научного учреждения Советского Союза.
          М. Ольшанский 

          Судя по тону писем, и Лысенко, и Ольшанский понимали, что их влияние на Хрущева больше влияния Академии наук. Видимо, понимали это и члены Академии наук. Только в выступлении Сахарова все названо своими именами, Келдыш уже ищет компромисса с Т. Д. Лысенко, осторожничает. Чувствуется, что он побаивается Трофима Денисовича. И не зря. Лысенко с легкостью превращает поражение на выборах Нуждина в политический скандал. Он легко вызывает гнев Н. С. Хрущева, который начинает готовить вопрос об упразднении Академии наук и создании вместо нее Комитета по науке.

избрание академиков и член-корреспондентов по Сибирскому отделению АН

         26 июня 1964 года Общим собранием Академии наук СССР были избраны по Сибирскому отделению действительными членами АН СССР А.Д.Александров (математика), Г.И.Будкер (ядерная физика), В.В.Воеводский (общая и техническая химия), Л.В.Канторович (математика, экономика).

          Членами-корреспондентами АН СССР стали А.Г.Аганбегян (экономика), В.А.Аврорин (языкознание), Д.К.Беляев (биология, физиология), С.Т.Беляев (ядерная физика), Б.В.Войцеховский (механика), Л.В.Киренский (физика), А.А.Ляпунов (математика), А.А.Наумов (ядерная физика), Л.В.Овсянников (механика), М.М.Одинцов (рудные ископаемые), А. П. Окладников (история СССР и археология), Р.З.Сагдеев (физика), Н.А.Шило (рудные ископаемые), А.И.Ширшов (математика).      

          Меня тогда поразило, что Дмитрий Константинович Беляев был кандидатом наук, а не доктором, но член-корреспондентом его все-равно избрали. Впоследствии его избрали и академиком, автоматически присвоив ему докторскую степень. Тогда я, кажется, впервые понял, что академические звания могут присваиваться за организационную деятельность, а не за научные достижения. Но в нашей академической среде эти звания открывали путь ко многим материальным благам: диспансерное медицинское обслуживание, академический стол заказов, питание в столовой дома ученых, где готовили качественно и вкусно (но весьма дешево), получение коттеджа, месячное дополнительное содержание (членкора – 1500 руб., академика – 3000 руб), возможность бесплатного использования легкового автотранспорта из гаража СО АН, а после ухода на пенсию – оплачиваемая должность научного консультанта в институте.

          Я уже был знаком почти со всеми (не знал только Киренского, Одинцова и Шило, т.к. они работали в других городах) и после собрания лично поздравил всех, кого знал, с избранием.

          Если же говорить о ситуации вокруг Академии наук, то она была наисложнейшей. После такого "бунта" академиков можно было ожидать всего. Все ждали, какой же будет реакция Хрущева.

Продолжение следует