Михаил Самуилович Качан (mikat75) wrote in academgorodock,
Михаил Самуилович Качан
mikat75
academgorodock

Category:

Академгородок, 1961. Часть 11.


Продолжение. Начало см. Академгородок, 1961.  Части   1,    2,    3,   4,.    5,    6,    7,    8,    9,    10.

см. также
Академгородок, 1959. Части 
1  -  20.
Академгородок, 1960. Части  12.



руководители ОКП стали чаще бывать Академгородке

 В Академгородке к весне 1961 года жило уже довольно мног людей, и Объединенный Комитет Профсоюза получил под свою работу квартиру в жилом доме на улице Спортивной (ныне Жемчужная улица). Теперь у наших комиссий было место, где можно было собраться, обсудить важные вопросы нашей жизни, поговорить с людьми, пригласить на заседания ответственных лиц.

Александр Иванович. Щербаков приезжал по-прежнему нечасто, но все же почаще, чем раньше – раза два в неделю. Кроме того, здесь начали проводиться, правда, изредка заседания Президиума ОКП СО АН.

В дни заседаний здесь появлялись освобожденный секретарь ОКП, выполнявшая также функции делопроизводителя, Глафира Васильевна Дождикова. Она знала профсоюзное законодательство от «А» до «Я» и умела говорить с людьми так, что они не обижались, если ОКП не мог им ничем помочь. Но часто и помогала. Когда советом, а иногда и помогала составить нужное письмо или звонила в местком соответствующего института и разъясняла положения КЗОТа (Кодекса законов о труде).

Приезжала и бухгалтер ОКП Клавдия Степановна Рябухина, тощая и жилистая женщина лет 45-ти, но добрая и очень толковая. Все цифры у нее были в голове и наготове. Перепроверять ее никогда не было надобности. Всё всегда было в полном порядке.

Здесь же начали выдавать путевки в санатории и дома отдыха, в том числе льготные и бесплатные. Их было мало, много меньше, чем, скажем, в «Сибакадемстрое», потому что нормативами ВЦСПС было установлено, что наш профсоюз Высшей школы и научных учреждений, объединяющий не производителей а потребителей, стоит на последнем месте по уровню количества путевок на 1000 членов профсоюза. Кроме того, и самих путевок было мало, потому что у Минсредмаша были свои санатории и дома отдыха, а у Академии наук не было.

Профсоюзный комитет теперь стал заниматься и многими другими вопросами повседневной жизни жителей Академгородка. Владимир Ильич Караваев занимался организацией отдыха детей, базой охотников и рыбаков на левом берегу Обского моря. Началось строительство пионерлагеря «Солнечный» на берегу Бердского залива и водной базы в Правых Чёмах рядом со шлюзом. В это время я познакомился с Владимиром Николаевичем Бухариным из Института теоретической и прикладной механики, который активно занимался водно-моторным спортом, был действующим гонщиком, спортивным судьей и деятелем федерации, и яхтсменами. Активным организатором водных видов спорта был Слава Горячев из Института ядерной физики. Познакомился и с Председателем ДОСААФ (добровольное общество содействия армии, авиации и флоту) Толей Ломбардом, тихим и спокойным человеком, но крепким организатором, влюбленным в технические виды спорта.

У нас появилась еще одна комиссия – культурно-массовая, которая поддерживала предложения инициативных сотрудников институтов СО АН по организации коллективов художественной самодеятельности., клубов. В последнее время они стали возникать как грибы после дождя. Всем требовалось помещение и деньги. Помещений у нас не было, и мы настойчиво рекомендовали использовать в вечернее время или в выходной день помещения институтов или квартир, в которых некоторые лаборатории или отделы институтов были расположены. Каким-то клубам и кружкам позволили использовать в вечернее время помещение ОКП.

А в Институте геологии и геофизики был сдан первый из корпусов (не главный). Там был конференц-зал, в котором в воскресенье 6 марта 1961 начали демонстрировать кинофильмы – это заработал клуб Объединенного комитета профсоюза, - он назывался "Клуб СОАН". Первым был фильм «Леон Гаррос ищет друга». Я думаю, это запомнили все, кто тогда жил в Академгородке. 

тогда был только один выходной в неделю

 Кстати, я пишу в выходной день, а не в выходные дни, потому что до марта 1967 года в СССР выходным было только воскресенье. Суббота была рабочим днем, правда, рабочий день в субботу был с недавних пор на два часа короче обычных 8 часов. И в школе, и в высших учебных заведениях в субботу шли обычные занятия.

Мы жили тогда еще по довоенному указу Президиума Верховного Совета СССР от 26 июня 1940 г. «О переходе на восьмичасовой рабочий день, на семидневную рабочую неделю и о запрещении самовольного ухода рабочих и служащих с предприятий и учреждений».

В развитие этого указа 27 июня 1940 г. Совет Народных Комиссаров (СНК) СССР принял постановление, в котором установил, что «сверх воскресных дней нерабочими днями также являются: 22 января [день рождения Ленина. M.K.], 1 и 2 мая [международный день трудящихся. М.К.], 7 и 8 ноября [день Великой Октябрьской социалистической революции. МК.], 5 декабря [день сталинской конституции. М.К.]. Этим же постановлением были отменены существовавшие в сельских местностях шесть особых дней отдыха и нерабочие дни 12 марта [день низвержения самодержавия.M.K.] и 18 марта [день Парижской коммуны. М.К.].

Только 7 марта 1967 г. ЦК КПСС, Совет Министров СССР и ВЦСПС приняли постановление «О переводе рабочих и служащих предприятий, учреждений и организаций на пятидневную рабочую педелю с двумя выходными днями».

 

сварка взрывом

 

В институте гидродинамики многие лаборатории занимались исследованиями взрыва и его приложениями в технике и народном хозяйстве. Михаил Алексеевич Лаврентьев питал нежную любовь к этим задачам. Еще в годы войны он теоретически решил важнейшую задачу кумуляции, предположив, что материал при соударениях струй с высокой скоросчтью ведет себя, как идеальная жидкость. Он получил красивейшее решение, которое для меня было образцом научного чутья, тонкого понимания и смелойй гипотезы. Его решение я считал и считаю гениальным.

В задачах, которые он ставил перед своими молодыми сотрудниками были такие, как прокладка взрывом траншей, создание направленным взрывом плотин, разрушение каменных порогов и ледяных заторов на реках. И не было случая, чтобы чутье подвело его. Он всегда добивался результата.

Но среди задач, в которых используется энергия взрыва, особое место занимают задачи обработки металлов. Так возникла чисто экспериментальная задача, связанная с упрочнением стрелок, поставленная Новосибирским стрелочным заводом. До этих экспериментов никто не знал, упрочняе взрыв на поверхности металла этот металл или нет.

Вот, что пишет по этому поводу Михаил Алексеевич в своих воспоминаниях: 

– Стрелочный завод обратился к нам с просьбой помочь осуществить упрочнение взрывом подвижной части стрелки. Сотрудники института А.А. Дерибас, Ю.А. Тришин, Е.И. Биченков быстро провели нужный опыт. Обработанная взрывом стрелка была поставлена на путь, и через полгода стало ясно, что она может служить почти в два раза дольше, чем обычно. 

Из этой троицы только молодой специалист Юра Тришин работал со взрывом и был специалистом в этой области. Другой молодой специалист Женя Биченков занимался совершенно другой задачей. Он исследовал волны на поверхности жидкости. Эта задача была поставлена ему Лаврентьевым, чтобы понять волны цунами и научиться защищаться от них. Дерибас же просто искал интересную работу, и брался за любое дело, поскольку все то, что он рассказывал нам на семинаре для научной тематики института, да и вообще для науки не представляло интереса.

Далее Михаил Алексеевич пишет:  

– Разработка метода упрочнения случайно привела к новому научно-техническому открытию. Желая усилить эффект и избавиться от возможных при взрыве нарушений поверхности стрелки, попробовали упрочнять стрелку, бросая на нее взрывом металлическую пластину. При опытах неожиданно обнаружилось, что часто металлическая пластина приваривается к стрелке. 

В принципе интуиция Лаврентьева не подвела, – это был правильный путь для упрочнения. Пластину перед взрывом устанавливали параллельно поверхности стрелки, и никакой сварки здесь быть не могло.

Сварка металлов взрывом была обнаружена совсем в других опытах. В институте была создана лаборатория сварки, которую возглавлял специалист в области сварки Владимир Семенович Седых. Я довольно часто заходил к нему в лабораторию. Нас связывала взаимная симпатия и шахматы. Седых пытался безуспешно получить сварку двух металлов при метании взрывом одной пластины на другую. Он тоже устанавливал пластины параллельно друг другу. После безуспешного метания одной пластины на другую, Седых отдавал образцы на исследование их физико-механических характеристик, а также структуры металла в пластинах и шве в лабораторию Пашкова.

М.А. Лаврентьев продолжает: 

– Во время осмотра детали с приваренной пластинкой в лабораторию зашел сотрудник из отдела прочности, посмотрел и воскликнул: "Товарищи, это же новый метод сварки!", но тут же начал говорить, что все это только забавное явление и приложений иметь не может. Через несколько дней мне принесли на подпись для отправки составленную им заявку на "изобретение" сварки взрывом. Сотрудник был явно жуликоват, мы от него быстро избавились. Развитие теории и практики сварки взрывом взял на себя А.А. Дерибас. 

Все было на самом деле несколько не так. Однажды лаборант Седыха Женя Иванов решил подорвать одновременно несколько образцов. Одна пара пластин оказалась прочно соединенной друг с другом. Остальные пары не соединились, как и в предыдущих опытах. Я своими глазами видел, как Женя принес Владимиру Семеновичу сваренную пару пластин после эксперимента. Как взметнулся Владимир Семенович и побежал в лабораторию Пашкова делать образцы для испытаний и исследования структуры. Как принесли обратно отшлифованный поперечный срез соединенных пластин. И я прекрасно помню, как осмотрел знаменитый впоследствии волнообразный шов.

– Это сварка, – сказал мне Седых. Настоящая сварка при помощи взрыва. Получилось! Теперь бы еще понять, как.

Седых пошел к Михаилу Алексеевичу, показал ему образец.
               Оставь, - сказал Лаврентьев.
               Через некоторое время Лаврентьев зашел в лабораторию к Седыху. Там в это время был и я. Это было очень необычно. К Седыху Лаврентьев никогда не заходил.

– Пошли, сказал Михаил Алексеевич. И мы пошли за ним. Я, конечно, был, как говорят, сбоку-припеку, но мне было очень любопытно.

– Почему бы не пойти, если позвали?

По дороге зашли за Петром Осиповичем Пашковым в лабораторию металловедения.

У Лаврентьева собрались Седых, Пашков, Дерибас, Тришин, Биченков и я. Образец пошел по рукам. Все смотрели на волнообразный шов, но сказать было нечего.

Дед (мы так за-глаза звали Лаврентьева, мерял шагами свой кабинет и кряхтел, что-то вспоминая. Потом открыл стенной шкаф. Там на полу грудой лежали какие-то образцы из меди. Порывшись в них, он, наконец, достал то, что искал. Это был кусок застывшей кумулятивной струи. Он был разрезан вдоль струи, и мы все увидели очень похожий волнообразный шов соединяющий медь с медью. Это была струя, образующаяся при взрыве кумулятивной облицовки ( воронки). Поскольку я знал теорию кумуляции Лаврентьева, я сразу понял, что волнообразный шов есть результат течения струй металла. Понял это и Юра Тришин, который сказал. Сварка взрывом и кумуляция – имеют одну природу. Лаврентьев понял это раньше нас, иначе бы он не вспомнил про свой образец, который он хранил еще с полигона в Феофании недалеко от Киева.

Было решено составить заявку на изобретение и написать статью. А Седыху Дерибасу, Биченкову и Тришину Лаврентьев поручил воспроизвести опыт.

Седых сразу понял, что при одновременном взрыве нескольких пар, взрывная волна нарушила параллельность пластин. Но не понимал, почему при этом пластины сварились. Последующие эксперименты, проведенные Седыхом, когда он ставил пластины под углом друг к другу,  подтвердили это предположение. Теперь сварка взрывом получалась стабильно. А Юра в кратчайший срок сумел теоретически описать течение струй металла при высокоскоростном косом соударении, связав это с кумуляцией, когда соударение не косое, а осесимметричное.

Статья вскоре появилась в журнале «Физика горения и взрыва». Авторов было четыре: Седых, Тришин, Биченков, Дерибас. Седых в статье стоял первым. И не случайно. Именно он был первооткрывателем. А академик Лаврентьев отказался войти в число соавторов. Роль Биченкова и Дерибаса похоже была только в том, что они тоже пробовали сварить пластины, и в обсуждении хода эксперимента.

Седых составил и заявку на изобретение, но ее судьбу я не знаю.

Михаил Алексеевич Лаврентьев заканчивает свои воспоминания об этом открытии следующими словами:

 

– Забавное в этой истории то, что за 15 лет до описанных опытов аналогичная сварка была получена Н.М. Сытым в моей лаборатории под Киевом. Для опытов была нужна медная болванка диаметром 10-20 сантиметров. Достать такую болванку мы не смогли, но у нас была медная проволока. Сытый взял пучок этой проволоки, обмотал детонирующим шнуром и произвел подрыв. Получилась нужная монолитная болванка. Аналогичная сварка происходила также и при опытах с кумулятивными зарядами, но мы рассматривали эти эффекты как курьез. Оценка, данная этому явлению специалистом по прочности, хорошо знакомым с обычной сваркой [М.А. говорит о В.С.Седых], явилась примером того, как важно в коллективе (или рядом) иметь ученых и практиков разных специальностей.

12 апреля 1961 года на заседании Ученого совета по народнохозяйственному использованию взрыва были доложены результаты – был продемонстрирован образец сваренных взрывом металлов.

Продолжение следует

 

Tags: Академгородок. 1961
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments