Михаил Самуилович Качан (mikat75) wrote in academgorodock,
Михаил Самуилович Качан
mikat75
academgorodock

Categories:

Академгородок, 1964. Пост 18. Свобода

Продолжение главы Академгородок, 1964.
см. Академгородок, 1964. Пост   1  -  10,   11,   12,   13,   14,   15,   1617.
См. также предыдущие главы: Академгородок 1959, 1960, 19611962 и 1963 гг.



Свобода внешняя и внутренняя

          В блоге stroler  в рамках проекта "За Вашу и нашу свободу" опубликована выдержка из письма Михаила Ходорковского от 25 мая 2005 года читателям журнала " Мой город".
          Он говорит о внутренней свободе человека. И неважно, где находится человек - на воле или в тюрьие. И неважно, при каком режиме он живет - при тоталитарном, авторитарном или демократическом. Важно, как он себя при этом ощущает.
          Это полностью созвучно моим мыслям и чувствам. Да, я жил при Сталине, Хрущеве, Брежневе, Андропове,  Черненко, Горбачеве. При всех этих режимах, несмотря на их авторитарность или тоталитарность, я чувствовал себя свободным человеком. В мою душу грязнами лапами никто залезть не мог. Я выстроил вокруг души защитную стену и жил за ней. И там у меня была полная свобода. Я думаю, что у других тоже так было. Свобода за стеной - внутренняя свобода, которую могли отнять только с моего согласия. Добровольного или под пытками. Внутренняя свобода - это мой мир. Это я. Это моя сущность. Если я ее теряю, это уже не я.
          Поколение Ходорковского - это другое поколение, поколение наших детей. Мир сейчас другой. и режим, вроде бы, другой - не тоталитарный, а авторитарный. Но почему же мысли Михаила Ходорковского так созвучны моим? Да потому что он также огораживает и сохраняет свою внутреннюю свободу.
          Михаил Ходорковский провел в тюрьме и лагерях 7 лет. Через месяц , 15 декабря 2010 года, судья огласит приговор по второму судебному процессу, и, возможно, срок заключения его возрастет. Михаил Ходорковский выступил с заключительным словом, которое говорит о том, что он за годы, проведенные за колючей проволокой, не потерял свою внутреннюю свободу. Наоборот, еще более окреп духом. Более того, он в тюрьме вырос как политик. Он, в прошлом миллиардер, стал знаменем свободы и демократии. С его именем многие стали свзывать надежды на создание в России настоящего гражданского общества.
          Ниже я публикую выдержку из его статьи 2005 года:
         
Свобода в моем понимании — это, прежде всего, неоспоримая возможность человека мыслить безо всяких внутренних ограничений и действовать сообразно своему нравственному кодексу. В этом смысле любые политические институты есть лишь оформление стремления человека к свободе, но никак не источник таковой. И в самой что ни на есть недемократической среде человек иногда может быть куда более свободным, чем в условиях самой широкой демократии. Вспомним «тайную свободу» Пушкина, свободу «по-советски» Высоцкого. Они ли не были носителями почти запредельной свободы, свободы по-русски? А наша философия конца XIX — первой половины XX века — она ли не манифест глубинной свободы? Даже в самые мрачные сталинские времена отечественная культура породила немало выдающихся образцов настоящей свободной мысли, независимого высказывания. Здесь, кстати, уместно задать себе вопрос: а много ли было создано подобных высоких образцов в шумное время после распада СССР, когда казалось, что отныне можно все, доступен всякий запретный плод — стоит лишь протянуть руку?
          Потому, какова бы ни была политическая система в нашей стране, во все времена в России существовала свобода и свободные люди. Она была, она есть, она никуда не исчезнет. Важно, на мой взгляд, что свобода — это не в последнюю очередь право человека быть самим собой. А самим собой можно ощущать себя лишь в своей культурной среде. Защита своей уникальной среды — это тоже борьба за свободу. Тот, кто не хочет считать гамбургер вершиной кулинарного искусства, имеет право этого не делать. И потому свободу нельзя импортировать, ввезти в страну, как технологию или сырье. Свобода не может быть инженерным или коммерческим проектом, нельзя нарисовать бизнес-план обретения свободы и надеяться на то, что он будет механически выполняться, — теперь я в этом глубоко убежден.

          Но я не собираюсь участвовать в этой игре. Потому что революция в России — это всегда большая кровь. Ответственность перед нашими детьми требует не допустить крови. Я собираюсь — в тюрьме и после нее, если Бог даст дожить до момента освобождения, — заниматься созданием и развитием проектов, где будут культивироваться правильные представления об этой самой свободе. Явной и тайной. Где люди получат подлинные возможности для реального творчества, проявления солидарности и взаимоподдержки. Как бы ни был затаскан этот термин, я назвал бы это гражданским обществом
.

           Я вернулся к этому посту. Приговор объявлен. Неправедный суд свершился. Впереди кассации, но я не верю в них. В авторитарном государстве суд не является независимым. Власть в лице Путина продолжает мстить Михаилу Ходорковскому за то, что он без ее разрешения решил заняться политикой, начал финанстровать оппозиционные партии. Этого власть не прощает. И не нужно никаких доказательств. Абсурдные обвинения стали абсурдным приговором. 
          В этих условиях несломленный Михаил Борисович Ходорковский остался знаменем свободы человека.


Продолжение следует
Tags: Академгородок. 1964, Ходорковский, свобода
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments