Михаил Самуилович Качан (mikat75) wrote in academgorodock,
Михаил Самуилович Качан
mikat75
academgorodock

Categories:

Академгородок, 1964. Пост 23. Театр-судия. "Безымянная звезда".

Продолжение главы Академгородок, 1964.

см. Академгородок, 1964. Пост   1  -  10,   11  -   20,   21,   22.

См. также предыдущие главы: Академгородок 1959, 1960, 19611962 и 1963 гг.


 

«Безымянная звезда»


Афиша "Безымянной звезды"

                Арнольд Пономаренко (запись выступления на новосибирском ТВ): «Я думаю, что каждый человек задает себе вопрос: зачем именно меня создала природа? Зачем я существую? Это не ново. Но крайне интересно, и я бы даже сказал, трагедийно. Ведь далеко не всегда, даже прожив всю жизнь, можно ответить на этот вопрос. Можно, конечно, не отвечать избрав основой своего существования служение или личным целям, или общественным, или тем и другим в определенных пропорциях.Мы решили подробнее разобраться в подобных человеческих ощущениях и нашли пьесу «Безымянная звезда». Действие ее происходит в маленьком провинциальном городишке, жизнь пролетает мимо в обличье скорого поезда, который никогда не останавливается, а проносится мимо. Смотрите на него, как делает маленькая ученица, убегая с уроков, смотрите повнимательней и постарайтесь ответить: зачем вы живете или хотя бы спросите себя об этом. Вот для чего мы ставили эту пьесу».

               К концу мая 1964 года Арнольд Пономаренко закончил постановку на сцене «Юности» спектакля, яркого и неожиданного, по пьесе Михаила Себастьяну «Безымянная звезда». 30 мая состоялась премьера «Безымянной звезды», пьесы лирической, романтического плана.

               Спектакль «Безымянная звезда», поставленный театром-студией, стал значительным событием в культурной жизни Академгородка. Этот спектакль чем-то зацепил и меня. Потому что я и сегодня его помню. Видимо, и у других людей он остался в памяти, потому что я не раз потом, спустя много лет, слышал, как люди вспоминают эту постановку. Она осталась в памяти у многих.

               Любочка играла в нем главную роль – Моны. Играла она выше любых похвал. Ее Мона была бесподобно красива, романтична и удивительна. После этого спектакля Любочка стала знаменитостью Академгородка. Будкер ее назвал самой красивой женщиной Академгородка. А уж у студенток университета она пользовалась сверхпопулярностью.

               Спустя много лет, в 1995 году, одна из подружек Клары Штерн Эра Севастьянова написала ей в письме, прочитав одну из статей Любы:
               –  Как много всколыхнула воспоминаний статья Любы Качан, ведь мы с Сашей Суворовой (если ты помнишь, моей двоюродной сестры) были влюблены в нее, когда она играла в спектакле «Свет далекой звезды» [запамятовала Эра название – просто «Безымянная звезда». МК], стояли у ее подъезда часами в надежде хоть издали посмотреть на нее, для нас она была необыкновенной красавицей и замечательной умницей. Саша ведь слушала ее лекции по химии. При случае передай ей мои приветы и восхищение.
               Они были далеко не единственными фанатками (как сказали бы теперь).
               Любочка рассказывает, что все было совсем непросто. Когда Арнольд предложил ей сыграть роль Мону, Люба возмутилась:
               -Ты что, с ума сошел? Какая из меня аристократка?
               Она хотела сыграть характерную роль мадмуазель Куку, но режиссер решил иначе. Он видел дальше и глубже.

               У нее с Жориком Цикиным (учителем, в которого она влюбилась на богом забытой станции, еще одна главная роль), долго не получалась любовная сцена с поцелуем. Арнольд кричит Любочке:
               – Ты что, никогда в жизни не целовалась. Вам что, показать, как это делается?
               Люба (с готовностью):
               – Покажи.
               Возможно, она думала, что Арнольд покажет ей, как надо целоваться. Не тут-то было.
               Арнольд встает со стула, подходит к Жорику и показывает ему технику поцелуя. Все сползают со своих стульев.

               Сейчас я раздумываю над тем, как быстро я изменился, буквально за три года. С ужасом вспоминаю, каким я был троглодитом, когда самым решительным образом возражал против участия Любочки в театре, организованном в подвале нашего дома №1 по Обводной ул. артистом Ямпольским.

               Мне почему-то раньше казалось, что театр – это всегда богема, а я не хотел, чтобы Любочка с кем-то обнималась и целовалась, даже если это по роли. Теперь я к этому относился значительно спокойнее. Впрочем, когда она очень натурально целовалась на сцене с учителем Жориком Цикиным, у меня под ложечкой засосало. Но к этому времени я понимал, что на самом деле с намазанными гримом физиономиями особо не поцелуешься. Сцена для поцелуев не очень подходящее место. Но для публики все выглядело очень естественно.

               Я помню через несколько дней после спектакля студентка НГУ Женя Меджибер, изредка бывавшая в нашем доме, ходившая последние месяцы на репетиции театра и имевшая ранее виды на Володю, спросила Любочку:
               – А как Вы целуетесь с Жориком?
               – А как это выглядит? – в свою очередь, спросила Любочка.
               – Ой ... 
               – Ну и замечательно, – сказала Любочка.

               Это, конечно, всего лишь эпизод. Роль Моны безусловно очень трудная, но Любочка на сцене была такой естественной, такой красивой, такой романтичной, что не влюбиться в образ, созданной ею было невозможно.

               Арнольд был одновременно и режиссером, и актером, как и во всех других пьесах. Он играл роль Грига, богатого дворянина, удовлетворявшего все прихоти своенравной Моны, и, конечно, играл, как всегда, бесподобно. Он был актером милостью божией. Да и все актеры играли замечательно. И мадмуазель Куку – Люся Климина и Алла Ушакова.

Григ (Арнольд Пономаренко)
и мадмуазель Ку-Ку (Алла Ушакова)


          
               И Удря – Володя Штерн (на снимке слева). И начальник вокзала – Женя Савин. И ученица – Ольга Спиричева, и Паску – Юра Нефёдов, и Иким – Владимир Федотов, и кондуктор – Сережа Кудрявцев. 






              

                 


               Это был великолепно спаянный коллектив без каких-либо натяжек. И индивидуальное мастерство каждого актера было на высоте. Здесь сказалась, конечно, работа и штатного второго режиссера Энгелины Максимовны Плехановой (на снимке), и ассистента режиссера Сережи Кудрявцева. 

               Все платья и костюмы, в том числе и платье Моны шила портниха ДК «Академия», Валентина Ивановна Панова. Любочка работала с ней, пока не было найдено решение, которое ее полностью удовлетворило. И действительно, платье удивительно соответствовало образу Моны.  А блестящие украшения для Моны собирали всем коллективом, – Мона должна была носить драгоценности.

               Спектакль прошел на ура. Зал был полон. Это был очень хороший профессиональный спектакль. И каждая роль была сыграна с мастерством. Потом коллектив сыграл этот спектакль еще два раза, в т .ч. в ТЮЗе.

букет роз

               За несколько дней до спектакля я улетел в Москву по каким-то делам, но, разумеется, обратный билет я взял так, чтобы успеть к спектаклю. Обычно самолеты из Москвы отправлялись вечером, и, с учетом четырехчасовой разницы во времени, утром мы прилетали в Новосибирск.
               И тут вдруг случилось неожиданное. Наш самолет ИЛ-18 прямо перед посадкой в Новосибирске вдруг круто заворачивает на юг, и нам объявляют, что мы из-за погодных условий Новосибирска приземлимся на другом аэродроме. Такое случалось. В этом случае нас возвращали обычно в Омск. Один раз мы перелетели в Красноярск. А тут вдруг на юг. Неужели в Алма-ату. И точно. Летели мы довольно долго и приземлились в Алма-Ате. По радио объявили, что вылет рейса в Новосибирск состоится через три часа. 
               У меня немедленно созрела мысль поехать на базар. Взяв такси, я вскоре был на прекрасном утреннем восточном базаре. Я походил по базару, выпил кумыс, который мне налили прямо из бурдюка, и долго выбирал букет роз. Купил я и замечательных алмаатинских яблок.

               Самолет был отправлен почти тогда, как было обещано, и я, счастливый, с розами оказался вскоре в Новосибирске.
               Я успел и поспать (все-таки была почти бессонная ночь) и надеть костюм, и конечно успеть к началу спектакля в ДК «Юность».

               Весь спектакль я смотрел на одном дыхании, а когда усталые, но счастливые артисты вышли на поклоны, я подошел к сцене и вручил Любочке букет роз под бурные аплодисменты зала.

               Я объясню, почему были аплодисменты и почему они были бурными. Тогда в это время года розы в Сибири не продавались. Они появлялись много позже, когда распускались в новосибирских теплицах. Доставлять цветы из теплых краев тогда еще не умели.  И естественно у всех возник вопрос – «откуда они?». Розы в мае были сенсацией.
              Прежде всего, сидящие в зале аплодировали мне за поступок – я был единственным, кто преподнес цветы Это во-первых. Во-вторых Любочка своей игрой бесспорно заслужила цветы. И, в третьих, в те времена меня в Академгородке минимум 50% жителей знало в лицо и по имени. Знали, кто я, и относились ко мне хорошо. 
              Это, пожалуй, и привело к тому, что аплодисменты стали бурными.

         
               
               Любочка тоже была поражена, - она даже не знала, что я прилетел. А тут еще такие цветы! Вот эти розы на снимке у нее в руках. На снимке слева от нее Арнольд Пономаренко, справа Володя Штерн и Жора Цикин.
               Для меня же это был один из самых счастливых моментов в жизни. 
               А на втором снимке в руках у Аллы Ушаковой букет из огоньков, которые каждой весной сплошным ковром покрывали землю в оставленных между домами участках леса. Крайний слева - Юрий Нефедов, рядом  стоит Сергей Кудрявцев, а справа - Ольга Спиричева  и Евгений Савин.

Продолжение следует


Tags: Академгородок. 1964, Любочка, Театр-студия Пономаренко, культура
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment