Михаил Самуилович Качан (mikat75) wrote in academgorodock,
Михаил Самуилович Качан
mikat75
academgorodock

Categories:

Академгородок, 1964. Пост 32. Депутат райсовета. Перекройка институтов. Плавательный бассейн.

Продолжение главы Академгородок, 1964.
см. Академгородок, 1964. Пост   1  -  10,   11  -   20,   21,   22,   23,   24,   25,   26,  27,   28,  29,   30,   31.
См. также предыдущие главы: Академгородок 1959, 1960, 19611962 и 1963 гг.




меня избирают депутатом Советского районного совета

 

     В местные органы власти избирали тогда каждые два года. Вот и в этом году меня, не спросив моего согласия, выдвинули кандидатом в депутаты Советского районного совета депутатов трудящися.

     Свихнуться можно, какое длинное название этого районного Совета депутатов. Да еще и «трудящихся». Какое-то жуткое слово, не очень свойственное русскому языку. Хотел бы я видеть того, кто придумал это слово и вставил его в название Совета. Видимо, он хотел подчеркнуть, что в совет входят те кто трудятся, а не буржуазия, которая у Маркса и марксистов не трудилась, а эксплуатировала тех, кто трудится, т.е.жила «за счет рабочих и крестьян». Буржуазия делилась на мелкую и крупную. К мелким относились даже лавочники, которые, как мне теперь, в Америке, стало понятно, трудятся с раннего утра до позднего вечера, не разгибая спины. Но их после большевистской революции отнесли к буржуазии и вскоре экспроприировали. Они были поражены в правах (лишены права избирать и быть избранными) и стали «лишенцами». Было тогда такое жуткое слово. Вот у Любочки дед держал в Вологде, куда их депортировали из Прибалтики мелкую лавку, чтобы семья могла выжить. Так вот он был "лишенцем".  Их трудящимися не считали. Но ко времени, о котором я пишу, о буржуазии уже забыли, ведь прошло уже лет тридцать после этой кампании. Времени прошло много, нетрудящихся – буржуазии – давно не стало, а слово, неуклюжее слово «трудящиеся» осталось.

     Так вот, меня выдвинули депутатом, а я так и не узнал, кто, где и когда меня выдвинул и не встретился со своими избирателями. Хочу извиниться перед ними хоть сейчас.

     А после выборов мне вручили документ об избрании, и я так никогда и не узнал, сколько голосовало за меня, и сколько против. Но, наверное, тогда это были секретные сведения, потому что окончательные итоги публиковались во всех газетах и «за кандидатов блока коммунистов и беспартийных» «голосовало» 99.99%.

    И меня избрали тайным голосованием, как и всех, - 99,99%.

     Наверное, сегодня правительственная партия «Единая Россия» может только мечтать о таком «единодушии». Но меня не оставляет впечатление (об этом говорят и скандалы во время выборов), что подтасовка результатов голосования, как способ добиться большинства, как была, так и остается действенным инструментом правящей в России партии. Только время другое, и поэтому такое единодушие, как было в СССР, уже не требуется. Да и никто не поверит. 2/3  голосов вполне хватит. Их и "делают".

     На первом заседании сессии Советского районного совета избирали его органы – органы советской власти в Советском районе. Открыл заседание Первый секретарь райкома КПСС Юрий Николаевич Абраменко. Он сам до этого был председателем Исполкома, но недавно на районной партийной конференции его избрали первым секретарем райкома. К моему удивлению председателем райисполкома избрали Ивана Прохоровича Мучного, который в Институте гидродинамики проектировал для меня камеру для испытаний цилиндрических оболочек.  Но он уже пару лет, как в институте гидродинамики не работал, а был председателем районного комитета партгосконтроля, - была такая структура при Хрущеве создана.

перекройка институтов, перестройка зданий

 

 

     В 1964-ом году было построено здание института экспериментальной  биологии и медицины, но въехал туда недавно созданный Вычислительный центр .СО АН, одному из отделов   ИЭБиМ, который откололся от института Мешалкина и вошел в состав Института цитологии и генетики, а также некоторым лабораториям НГУ. 
     Института экпериментальной биологии и медицины в составе СО АН более не было. и это здание с тех пор всеми зовется ВЦ. Даже остановка автобусов появилась - "Вычислительный центр".
     Здание было совсем не приспособлено для ВЦ. В каждой комнате все вплоть до мелочей было продумано для нужд медицины. Потрясающе оборудованные операционные комнаты. Лаборатории, в которых все было готово для установки и подключения новейшего импортного оборудования. Много мелких помещений, каждое из которых несло определенную и очень важную функцию, неведомую ни мне, ни тем, кто туда въехал..
     А для вычислительных машин того времени были нужны очень большие помещения с мощным охлаждением. Чтобы поставить эти машины, надо было ломать перегородки и заново провести все внутренние работы по электрике, сантехнике и отделке помещений.
     Но кого это волновало?! 
     В это же время создавался Институт физики полупроводников воглаве с директором доктром физ-мат.наук А.В. Ржановым (на снимке). Он был создан на базе Института физики твердого тела и полупроводниковой электроники, для которого строилось здание в Академгородке, и Института радиофизики и электроники, который решили расформировать, поскольку директор этого института профессор Ю.Б. Румер уже был не в состоянии руководить целым институтом (ему сохранили лабораторию в Академгородке в квартире жилого дома).
     Новый институт остро нуждался в помещениях.  Ему было решено отдать один из только что построенных корпусов Института прикладной механики, где академик Христианович намечал разместить парогазовую установку. Вот это здание, можно сказать, идеально подходило для Марчука, а здание Института экспериментальной биологии и медицины больше подходило для Ржанова. Такой вариант рассматривался, но почему-то не прошел.
     Заметьте, что еще раз был ущемлен академик Христианович (на снимке). Теперь ему не дали закончить ту работу, ради которой он поехал в Сибирь и которую, к слову сказать, он успешно завершал. Ему было официально сказано, что у Сибирского отделения АН нет такого количества денег,  какое ему нужно, да и вся его работа выглядит прикладной. Я думаю, что именно теперь академик Христианович понял, что ему в Академгородке больше делать нечего.
     Второе, что осталось за кадром, тихое реформирование Института физики твердого тела. Академик Работнов считал, что это будет его институт. И здание строится для него. И нам, молодым сотрудникам отдела прочности так и говорили наши руководители.И мы курировали ход его строительства и делали планировки его помещений.  Но Работнов так и не был назначен директором этого института, а его здание было отдано А.В.Ржанову. Вскоре академик Работнов и член-корр. Григолюк, видимо обидевшись на Лаврентьева, вернулись в Москву, а отдел прочности, просуществовавший в Институте гидродинамики более пяти лет, был расформирован.
     Ни меня, ни Володи Штепна там уже не было. Во-время мы оттуда ушли!

 

плавательный бассейн

 

     Задняя часть здания ВЦ, примыкающая к лесу, оставалась недостроенной. Там строился большой 25-метровый лечебный бассейн. Это помещение Г.И. Марчук естественно тоже захотел использовать для установки вычислительных машин, но мне удалось его отбить, и бассейн в следующем году был передан Объединенному комитету профсоюза.

     Это было непросто. Пришлось мне доказывать необходимость бассейна для физического развития детей на заседании Президиума СО АН. Другое обоснование вряд ли прошло бы. Хорошо, что меня поддержали некоторые члены Президиума. Марчук конечно выступал против, и я явственно почувствовал неприязненное отношение с его стороны.

     – Да нет, что Вы. Это вопрос уже решенный. Мы планируем установить там новые ЭВМ, – сказал он на заседании Президиума СО АН. И начал рассказывать, какие машины там будут и когда их поставят.

     Хорошо, что я знал планы установки этих машин. Их собирались ставить совершенно в другие помещения, которые и готовили специально под них. Я это все спокойно и изложил. А Марчук даже сконфузился. Он только что-то пробормотал не очень внятное, типа того, что ему, как директору Института, лучше известно, где что будет. Но смазать мое выступление ему не удалось.

     Мне кажется, что вначале М.А. Лаврентьев собирался принять совершенно другое решение. Ведь он был одним из инициаторов создания первых ЭВМ в СССР, и ради вычислительных машин он готов был поступиться чем угодно. Но тут очень горячо выступил В.В.Воеводский. Именно после его выступления начала складываться обстановка в пользу передачи бассейна Объединенному комитету профсоюза. Да и Марчук больше не выступал, видимо, переживал конфуз. И никто из членов Президиума его активно не поддержал. Все же поняли, что он, мягко скажем, заврался. 

     А с места, где сидели не члены Президиума, рядом со мной раздался голос зам.председателя СО АН Б.В. Белянина, который сказал, что бассейн – это сложное сооружение, что там обеспечена водонепроницаемость и подогрев воды, что было бы крайне нерационально использовать его для других целей. И уж коли он построен, его следует использовать по прямому назначению. Это было довольно смелое заявление, обычно Борис Владимирович был осторожнее. Для меня его поддержка была неожиданной. Как я был ему благодарен за это! Белянин был весьма справедливым человеком, и в этой ситуации поступил по-совести, не смолчал. А к мнению Б.В. Белянина академик Лаврентьев всегда прислушивался.

     Следует сказать, что в период приемки бассейна от строителей мы с Б.В. Беляниным и специалистами его служб очень тщательно тестировали все системы и перепроверили все документы по водонепроницаемости и другим техническим вопросам, предложили строителям не только устранить недочеты и недоделки, но кое-что и переделать. Так что Белянин был с самого начала уверен в том, что бассейн будет передан нам.

     После этого заседания Президиума, когда решение вопроса висело на волоске, я понял, что такие заседания надо тщательно готовить, вербуя среди членов Президиума и работников аппарата Президиума сторонников. Хорошо еще, что проект решения, розданный членам Президиума, был подготовлен мною (с помощью другого зам.председателя СО АН Л.Г. Лаврова), а не Марчуком, который не ожидал, что этот вопрос будет рассматриваться на заседании Президиума. А может быть, идея поставить туда вычислительные машины пришла ему уже в ходе заседания? Я этого не знал тогда, не знаю и теперь. Так или иначе, но его идея не прошла. В любом случае, он соврал. Не было в природе планов размещения вычислительных машин в бассейне. И я для себя это отметил: "Соврет и глазом не моргнет". Других таких среди академиков я не встречал. 

     Вскоре мы открыли в здании ВЦ (как этот комплекс теперь стал называться) бассейн, создав детскую спортивную школу по плаванию. Значительное время было отдано для лечения детей по направлениям врачей и для обучения их плаванию. Посещение бассейна было бесплатным.

     Пожалуй, это был мой первый конфликт с Г.И. Марчуком, хотя внешне наши отношения выглядели вполне благопристойно.

Продолжение следует

Tags: Академгородок. 1964
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments