Михаил Самуилович Качан (mikat75) wrote in academgorodock,
Михаил Самуилович Качан
mikat75
academgorodock

Categories:

Академгородок, 1965. Пост 25. Спектакли, концерты, песни

Продолжение.
Начало см. 
Академгородок, 1965. Посты: 1 -  10,  11,  12,  13,  141516171819,  2021,   22,   23,   24.
См. также предыдущие главы: Академгородок 1959, 1960, 196119621963 и 1964
 гг.


спектакль Театра студии «Борис Годунов» по А.С. Пушкину не состоялся

 

Меня спрашивают, а почему я перепрыгнул через весну 1965 года и ничего не написал о Театре-студии Арнольда Пономаренко. Ведь обычно каждый май в те годы всегда выходил новый стектакль.

Поэтому я решил вернуться  в своем повествовании чуть назад, в весну этого года, а точнее в апрель, когда вся театральная труппа (а, может быть, там был только художественный совет) собралась в нашей квартире за овальным обеденным столом, чтобы обсудить готовность нового спектакля.

Арнольд тогда ставил Бориса Годунова по Пушкину, труднейший спектакль, на котором провалился не один профессиональный режиссер.

Труппа Театра студии начала репетиции трагедии А.С. Пушкина «Борис Годунов»  осенью 1964 года и продолжала репетиции после смены власти в Советском Союзе, когда в результате «дворцового переворота» был устранен Никита Хрущев, а первым секретарем ЦК КПСС стал Л.И. Брежнев. Неожиданно тема «власть и народ» стала не только актуальной, но и опасной.

Борис, ведь, пытается снискать народную любовь, и у нас все время говорили о народной любви к партии, ее Политбюро (Президиуму) и лично к....

И Борис Годунов, вроде бы, задумал сделать что-то хорошее для народа, он желает народу только добра. Но власть надо еще получить, и получает он ее, совершив преступление. Он надеется, что пройдет время, и народ поймет, что он мудр, а цель его – счастье народа. Увы, народ не может простить преступления. У него безошибочное этическое чувство. Он отворачивается от царя-убийцы, царя-преступника.

О страшное, невиданное горе!

Прогневали мы бога, согрешили:

Владыкою себе цареубийцу

Мы нарекли.

У Пушкина ясно прослеживаются две трагедии: трагедия властителя и трагедия народа. Трагедия царя:

Да, жалок тот, в ком совесть нечиста.

И Борис никуда не может уйти от преступления, им совершённого.

А покинутый народом правитель неизбежно становится тираном: Он уже представляет народ в виде быдла: Он говорит своему сыну Федору, наставляя его на царствование:

Милости не чувствует народ:

Твори добро — не скажет он спасибо;

Грабь и казни — тебе не будет хуже.

И народ, которому поначалу вроде бы все-равно, который молчит, вдруг всколыхнулся и смёл преступную власть, приведя на трон самозванца лже-Дмитрия.

Я подумал, что сегодня народ тоже пока молчит. Только долго ли? Но и сегодня есть опасность, что когда он всколыхнется и сметет преступную власть, во главе государства может встать новый лже-Дмитрий, который будет еще хуже.

 И еще один представитель народа «мужик на амвоне» призывает толпу:

Народ, народ! В Кремль! В царские палаты!

Ступай! Вязать Борисова щенка!

И тут вдруг история повторяется, чтобы самозванцу взойти на престол, необходимо убить сына Бориса Годунова. И самозванец убивает Федора. Не «вяжет», как призывает «мужик с амвона», а убивает. На троне опять появляется властитель, убивший царевича. На этот раз сына Бориса Годунова.

И народ видит, что опять власть захватил преступник, и, видя это, снова «безмолвствует». Надолго ли?

Поэт прозорлив. Он уверен в том, что решающую роль в истории все-равно отводится народу, который присутствует в каждой сцене. Он все видит и в лице летописца Пимена, оставляет потомкам правду о гибели царевича Дмитрия и об его убийце. Пимен и юродивый – это тоже представители народа, его совесть. И именно благодаря тому, что монах Пимен записывает, как всё было в действительности, Гришка Отрепьев может провозгласить, обращаясь мысленно к Борису:

И не уйдешь ты от суда мирского,

Как не уйдешь от божьего суда!

Не знаю, как насчет божьего, но от мирского суда Борис не ушел. Не уйдет и Самозванец, потому что уже фактически состоялся нравственный суд над новым царем. Он уже обречен. Но ясно видно и бессилие народа, который не может вырваться из порочного круга.

Вот какую пьесу выбрал Арнольд. И можно себе представить, как бы она прозвучала вскоре после дворцового переворота в Кремле и чтó бы разглядело в ней бдительное око идеологических работников партии.

Но в ту пору нас никто не контролировал, и никто пьесу не собирался цензурировать или задерживать. Репетиции шли к концу.

Репетировали несколько месяцев, и в общем-то к весне уже надо было решать, готов спектакль, или не готов. С одной стороны, каждый артист знал свою роль. Все мизансцены были разучены. Диалоги и общие сцены были прогнаны не по одному разу.

Даже выпустили програмки и напечатали афишу. Но было ощущение, что спектакль не получается.

Люба каждый раз приходила на репетицию с новым вариантом своей роли. Она всё никак не могла решить, как играть холодную аристократку Марину Мнишек. Один раз Шкутин, игравший Лжедмитрия (и Гришку Отрепьева), даже сказал ей:

– Что ты сегодня играешь какую-то кубанскую казачку?

Люба всегда считала, что Леня играет очень холодно, а в разговоре со своим братом Володей как-то даже сказала, что он держится как памятник самому себе. Поэтому она решила подколоть его

– Это я, чтоб тебя разжечь! – сказала Люба в шутку.

– Тоже мне, зажигалка нашлась, – отреагировал Лёня.

Любочка с самого начала не хотела играть Марину Мнишек:

– Это не моя роль. Холодная и высокомерная полячка – не по моему темпераменту, – сразу сказала она Арнольду, когда он на первой репетиции предложил ей сыграть эту роль. Но он настоял, правда предложил репетировать эту роль еще двум артисткам – Ольге Спиричевой и еще кому-то. Но и у них Марина не получалась.

Арнольд на собрании труппы выступил первым и подробно разобрал игру каждого артиста, – и Володю Штерна, игравшего роль автора пьесы А.С. Пушкина, и Жору Цикина – Шуйского, и Владика Благовидова – юродивого, и Лёню Шкутина – самозванца, и Сережу Кудрявцева, и Гену Кайгородцева... Всех. В спектакле было занято почти 30 человек. У каждого что-нибудь было не так, как Арнольду бы хотелось. И он был прав. Роли почему-то не получались.

Про трех Марин он сказал так:

– Все Марины никуда не годятся. Люба, правда, лучше всех, но все-равно не то.

Потом выступал каждый поочередно. Всем еще казалось, что спектакль состоится, и надо только что-то чуть-чуть улучшить, чтобы всё получилось.

Люба выступила последней. Её мнение было безапеляционным:

– Марины, на самом деле, никуда не годятся. Арнольд говорит не своим голосом (Арнольд нервно передернул плечами).  – Спектакль нельзя выпускать. Он не готов.

И все с ней согласились. И Арнольд тоже. С огромным облегчением, что эти горькие слова, перечеркнувшие многомесячную работу, произнес не он.

И мы теперь можем только гадать, разразился бы политический скандал или же подтекст спектакля, на мой взгляд, совершенно прозрачный, прошел бы мимо бдительных идеологических работников.

Спектакль «Борис Годунов» был всё же поставлен Арнольдом Пономаренко через два года с той же труппой. Но это был уже совсем другой спектакль, и о нем речь впереди.

 

Аллочка закончила Консерваторию

 

            Аллочка приехала то ли в конце июля, то ли в начале августа в Академгородок по окончании ленинградской консерватории. Ее оставили работать в консерватории на кафедре общего фортепиано, чему она была весьма рада.

Вскоре после её приезда Володя Немировский спросил ее, не хочет ли она нам поиграть. Аллочка была не против. Она только не понимала, что «поиграть» в представлении Володи – это выступить с концертом.
           Вскоре на афише с репертуаром ДК, выставленной напротив Дома культуры – был объявлен концерт Аллы Качан, а Володя принес нам программку, которую Аллочка сохранила ее, хотя с тех пор прошло почти 46 лет.  

            Аллочка не ожидала, что ей придется играть в зале на 800 человек, и была в совершенно паническом настроении. У нее даже не было с собой нот. Но этот вопрос взяла в свои руки Любочка, начала активно искать, – и вскоре все ноты были найдены. Репетировать тоже было где. Была еще проблема с платьем для выступления, но и этот вопрос Любочка тоже решила.
















            Так что 23 августа 1965 года Аллочка «дала концерт». К моему удивлению, зал был переполнен. Я до сих пор не понимаю, почему был аншлаг. Надеюсь, не потому, что на объявлениях о концерте стояла фамилия Качан.

Так или иначе, но уже исполнение Баха вызвало бурные аплодисменты. И дальше каждое произведение сопровождалось аплодисментами. И с моей точки зрения, концерт был великолепным. Аллочка играла замечательно. Она была, что называется, в ударе – все у нее получалось. Техника исполнения была на высоте. Каждый звук проникал в душу. Она это умела делать. Уже тогда.

 

в Академгородке появилась Галя Иванова

 

У родного брата Клары Штерн Жени Калачева (которого, сами понимаете, уже давно зовут Евгением Петровичем) семья жила в Новокузнецке – жена Галина Ивановна Калачева и сын Дима (тоже давно уже Дмитрий Евгеньевич), которому в ту пору было года четыре. В то далекое время, в 1965 году Галя с Димой жили отдельно от мужа, который тогда сильно пил. Старинная российская привычка, разбившая в ХХ веке не одну семью.

Летом по приглашению Клары Галя Калачева вместе с сыном приехала в Академгородок. Просто повидаться, погостить, а может быть, и посмотреть, какая тут жизнь. Случилось так, что Клара именно в это время с дизентерией попала в инфекционное отделение больницы, а ее двухмесячную дочь Нику положили в детское отделение, чтобы удобнее было кормить ее грудью.

Володя остался дома за хозяина. Он и показывал Гале Академгородок. Привел он ее и в ДК «Юность». Там, на лестнице и произошла первая встреча Гали и Любы. Володя познакомил их, и Любочка говорит, что она сразу влюбилась в Галю. Та излучала какую-то особую мягкость и обаяние. В конце концов, через какое-то время Любочка сказала ей:

– Что тебе там делать в Новокузнецке? Приезжай жить сюда. И пригласила пожить у нас в квартире до получения своего жилья. Галя работала зубным врачом, и проблем с устройством на работу у нее не должно было быть. А поскольку она была, как тогда говорили, матерью-одиночкой, т.е. жила с ребенком и без мужа, то имела право на внеочередное получение жилья (реально – на более быстрое, таких матерей одиночек было в ту пору немало).

Гале это предложение понравилось, и спустя примерно полгода – ранней зимой 1965 года  – Галя с Димой оставили Новокузнецк и приехали в Академгородок. Поселились они, как и договаривались, у нас и прожили в нашей квартире примерно с год.

Любочка всегда легко относилась к бытовым вопросам подобного рода. Она их решала без меня, зная, что я возражать не буду. Так что и на этот раз я только был поставлен в известность, что Галя с сыном поживет у нас. И Галю я впервые увидел, когда она с Димой уже поселилась у нас.

Галя, действительно, была обаятельной молодой женщиной – высокая, яркая статная блондинка с красивым отливом волос, с добрым улыбчивым лицом. А слегка приплюснутый нос совершенно не портил ее красоты, а даже, наоборот, придавал ей дополнительную привлекательность. Вот такой я увидел ее тогда.

Но у нее была масса и других достоинств. Оказалось, что она замечательно поет, аккомпанируя себе на семиструнной гитаре. И голос ее завораживал. Вечерами, когда она брала гитару в руки и начинала петь, сразу становилось спокойно и даже уютно. Галя сразу начала работать в нашей поликлинике, поскольку предварительно договорилась об этом.

Женя Калачев, ее муж, пару раз приезжал в Академгородок. К нам не заходил, вызывая Галю на улицу, и они подолгу разговаривали, гуляя по Академгородку. Он хотел, чтобы она с сыном вернулась к нему, но Галя, окунувшись в городковскую, совсем иную жизнь и думать не хотела о возврате к старому. Да и не верила она, по-моему, что он перестанет пить. Женя потом даже переселился в Академгородок и устроился на работу в Институт геологии и геофизики, но Галя была всё так же непреклонна.

Через год с небольшим (в конце 1966 года) Галя получила от Медсанотдела 20-метровую комнату в полнометражной двухкомнатной квартире в микрорайоне «Б». А с Женей Калачевым она развелась, и он уехал жить в Красноярск, где нашел другую Галю, обзавелся двумя детьми, а теперь уже и внуками.

С приездом Гали на весь следующий год наша двухкомнатная квартира стала почти коммунальной – в одной комнате жили мы с Любочкой и Иринкой, в другой – Галя с Димочкой. Но все же «почти», – потому что стол был общий.

В те времена у нас дома часто бывали посиделки: По любому поводу и без повода приходили друзья и знакомые, и мы пели широко распространившиеся в то время бардовские песни Кукина, Клячкина, Окуджавы и многих других. Барды ездили с концертами по стране, и всюду пользовались огромным успехом. Одним из первых и широко известным стал Визбор. Песни сначала были просто туристскими, навеянными романтикой походов, преодоления трудностей, ну и, конечно были песни о любви. Их обычно переписывали с одной магнитофонной ленты на другую. Мы стали предоставлять приезжавшим к нам бардам большие залы, а после выступлений их зазывали и в «малые» аудитории, и к себе домой. Характерной картинкой в ДК «Академия» стала такая – переполненный зал, поет приглашенный бард, а на сцене стоит с десяток магнитофонов. Потом с них идет перезапись на другие. Естественно запись песен шла и в квартирах. И хотя официальные концертные организации страны – Москонцерт, Росконцерт и пр. – бардов не жаловали, и на радио их песни не исполнялись, они мгновенно распространялись по стране.

Галочка еще в Новокузнецке под влиянием бардов начала сочинять музыку. А в Академгородке вдруг она начала одну за другой сочинять свои песни – но стихи она не писала, а сочиняла музыку на стихи разных поэтов. Она же сама эти песни и исполняла. Мелодии, которые ложились на стихи поэтов (или мелодии которые возникли при чтении стихов), были просто удивительными.

У Любы тоже начали возникать мелодии на стихи Марины Цветаевой, Вероники Тушновой и других поэтов и, что удивительно для многих, даже Маяковского. Но, конечно, не того Маяковского, которого мы знали по школьной программе – «горлопана, главаря», а великого лирического поэта, которого и сегодня мало кто знает. Но сочинять музыку Любочка начала примерно через год, в 1966 году, когда сильно заболела.

Любочка и Галя часто пели дуэтом, Галя – первым голосом, а Люба – вторым. Аудитория наших друзей прямо млела во время исполнения песен. Вскоре у Гали с Любой сложился репертуар. Он состоял в значительной степени из Галиных песен. Но были и другие. Начинали они петь обычно «от печки»:

Печку письмами топила,

Не подкладывая дров…

Эти слова – из песни «Ёлочка» (кинофильм "Прошлым летом") Слова песни считаются народными, а музыку написал композитор Георгий Портнов.

 

Кабы не было тумана,

Hе напала бы роса,

Кабы не было любови -

Кабы не было любови,

Hе болела бы душа,

Hе болела бы душа

 

Печку письмами топила,

Hе подкидывала дров.

Hе жалела что сгорела,

Hе жалела, что сгорела

Hа огне моя любовь,

Hа огне моя любовь.

 

Моя милая подружка,

Передай миленочку:

Горе на сердце напало,

Горе на сердце напало,

Как роса на елочку,

Как роса на елочку

 




Песня "Ёлочка" из кинофильма " Прошлым летом" (1963 г.), слова которой считаются народными, а музыку написал Георгий Портнов. Исполняет песню Алиса Фрейндлих:



Потом после нескольких «чужих» песен шли свои. Галочкины и Любочкины песни тоже записывались на магнитофоны, но редко. Любили слушать. Среди первых, кто записал их, был Лёша Лозовский. Пару лет назад он прислал мне свои записи.

В 2009-м году, когда Галя с мужем Женей Ивановым были у нас в Калифорнии, мы с ней уточнили список написанных ею песен.

Первые годы, когда она начала создавать их, были очень плодотворными. Потом их становилось всё меньше и меньше. Но в каком году та или иная песня была написана, лучше вспомнить самой Галочке. А список? Вот он, всё, что мы тогда вспомнили с очень краткими комментариями:

 

Tags: Академгородок. 1965, Александр Островский, Алла Качан, Иосиф Кобзон, Лев Ошанин, Майя Кристалинская, Театр-студия, концерт, культура, песни, спектакль
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments