Михаил Самуилович Качан (mikat75) wrote in academgorodock,
Михаил Самуилович Качан
mikat75
academgorodock

Categories:

Академгородок, 1965. Дополнение к посту 25. Женя Калачев. Леонид Лозовский "Бенина мама".

Продолжение.
Начало см. 
Академгородок, 1965. Посты: 1 -  10,  11  -   2021,   22,   23,   24,   25.
См. также предыдущие главы: Академгородок 1959, 1960, 196119621963 и 1964
 гг.
 


          Довольно давно я обнаружил, что Женя Калачев, первый муж Гали Ивановой стал одним из героев рассказа Леши Лозовского. Рассказ называется "Бенина мама", и он размещен на сайте Леонида Абрамовича Лозовского уже много лет:  http://ll.pit.lv/kazyr/stories/26.htm  
          О Леше речь впереди, потому что, рассказывая о "подписантах" Академгородка в далеком 1968 году, без Леши не обойтись, - одна из главных фигур того "дела".
          Леша обладает богатой фантазией и незаурядным юмором. О его розыгрышах я уже писал раньше и поместил его рассказ о выборах мисс "Интеграл". Конечно, и в этом рассказе кое-что домыслено, приукрашено и изменено по сравнению с тем, как было на самом деле и как рассказывает герой этого славного эпизода в истории "Интеграла" Гера Безносов. Но жанр разрешает. Просто Женя Калачев оказался удобным прототипом. конечно, он не был бандитом Калашом, но Леше так захотелось. "Певица-бардесса" Галя Калачева тоже в рассказе упоминается. Что касается других персонажей рассказа, - ничего сказать не могу: может быть, здесь всё чистая правда, но, может быть, и нет.


Леонид Лозовский "Бенина мама"

От Сашки ушла Лерка. Когда я пришёл на работу, мне об этом рассказали ребята.

- На нём лица нет, и он ушёл домой. Мы даже боимся, не случись бы чего.

Сашка был мне небезразличен, и, обозвав ребят хомяками и барсуками, я рванул к нему домой.

Он жил на Золотодолинской на 1-м этаже и его кухонное окно было распахнуто. Сашка сидел за столом спиной к окну. Руки его висели долу, и я их не видел, так как подоконник приходился мне на уровне лица. Он поднял к виску руку, и в ней был маленький пистолет. Не знаю, как взлетел на подоконник и, одним махом, ему на спину. Закрутил руку за спину, отнял пистолет и врезал по челюсти.

Потом мы с ним распили бутылку, вернее, он пил, а я подливал. Потом уложил его на кушетку и отправился на работу.

На работе спросил ребят, что делать с пистолетом. Может выбросить? Они сказали, что в соседнем отделе работает старшим лаборантом бывший опер из Барнаула – почувствовал тягу к науке и переехал к нам. Лучше с ним посоветоваться.

Привели его. Он взял пистолет, осмотрел:

- Так это мой. Я его вашему Сашке подарил. Бельгийский браунинг. Из такого в Ленина стреляли. А что случилось?

- Да, пришлось его у Сашки изъять.

Парень всё сообразил и сказал:

- Эта штуковина совершенно безопасна. Я на человеке опробовал.

- ???

- В Барнауле ещё было. Прямо из зала суда, внаглую, бежал рецидивист. Ну, я – за ним. Стой, кричу, стрелять буду. Он бежит. Я - в воздух, он – без внимания. Бежит вдоль трамвайных путей. Сейчас на людную улицу свернёт, и – поминай, как звали. Ну, я ему в спину и грохнул. Он плечами передёрнул и дальше. Я опять грохнул. Он опять плечами и, вроде, ещё быстрей рванул. Я в третий раз ему в спину шмальнул, а он только споткнулся слегка.

Хорошо, люди на остановке ножку подставили. Скрутил я его и первым делом рубашку ему на спине задрал. Смотрю – ну, ни разу я не промахнулся. Все три свежайших синяка на спине набухают. Прям, как от рогатки. Так что, пушку эту можно было и не изымать.

Как-то зимой этот мужик зашёл к нам на работу, подсел за моей спиной к Сашке и стал что-то бубнить. Я прислушался. Оказалось из гардероба спёрли его роскошную ондатровую шапку. Бубненье меня отвлекало, и я обернулся к ним:

- Слушай, ты Беню знаешь?

- Знаю.

Беня, Женя Калачёв работал у нас лаборантом, был женат на прекрасной певице-бардессе Галке и был натуральным бандитом по кличке Калаш. Т.е., какой он был бандит, точно не известно, но родом он из Искитима, а там все бандиты. С моей лёгкой руки за ним в институте прочно закрепилась кличка Беня, наверно, потому, что его круглую рязанскую физиономию трудно было отождествить с героем «Одесских рассказов» Бабеля.

- Вот и иди к его маме.

- А шапку вернут? Только я не знаю адреса.

Я понял, что отпускать такого человека нельзя.

- Тогда иди к самому Бене. С бутылкой. И будь понастойчивей.

Через полчаса я сопроводил его в комнату, где работал Беня. Беня знал, что этот мужик бывший опер, поэтому отнёсся серьёзно и долго не мог врубиться, причём здесь его мать и красная ондатра, но, уловив, наконец, моё подмигиванье, что-то сообразил:

- Ладно. Иди напротив - в институт математики, найди Лёню Кривицкого и скажи, чтоб вернули. На меня сошлись, мол, хватит крысятничать, а то я им вставлю.

На следующий день ко мне зашёл Лёня Кривицкий, молодой, талантливый математик, на-днях защитивший докторскую. У нас были общие дела, кроме того, он тренировался у меня в секции.

- Послушай, не знаешь, ко мне вчера какой-то тип из вашего института припёрся. Всё толковал про какую-то красную ондатру, про Беню какого-то, его маму. Что бы это значило?

А к вечеру зашёл этот бывший опер и рассказал:

- Ну, вызвал я его на проходную. Как сказал про ондатру, у него глаза забегали, оглядываться начал. Ясно – рыльце в пушку. Ну, я ему на их фене про Беню выложил. А как сказал про Бенину маму, он, аж, побелел весь. Счас, счас, - говорит. И сбежал назад в проходную. Что делать-то?

Дальше ребята его без меня отрабатывали. Рассказывали, что по их наводке он и в Чомы ездил, и на Левый берег. Кажется, до лета это тянулось. До отпусков.

Продолжение следует


Tags: Бенина мама, Женя Иванов, Леонид Лозовский
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments