Михаил Самуилович Качан (mikat75) wrote in academgorodock,
Михаил Самуилович Качан
mikat75
academgorodock

Categories:
  • Music:

Академгородок, 1966. Пост 32. Научно-производственное объединение "Факел" (2)

Начало главы см.: Посты 1 - 10, 11 - 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30,   31.

Начало книги см. главы: Академгородок, 1959 (Посты
1 - 20),

1960 (Посты 1 - 12), 1961 (Посты 1 - 29), 1962 (Посты 1 - 19),
1963 (Посты
1 - 29), 1964 (Посты 1 - 42), 1965 (Посты 1 - 62).



добывание денег «Факелом»

         Добывало деньги научно-производственное объединение (НПО) «Факел». Директором его был изначально поставлен райкомом комсомола Александр Михайлович Казанцев, окончивший НЭТИ в 1961 году. Еще пару лет он преподавал в НЭТИ программирование – совершенно новую в те времена дисциплину, потом перешел работать в Вычислительный Центр СО АН, научно-исследовательский институт, возглавлял который Гурий Иванович Марчук, приглашенный М.А. Лаврентьевым и вскоре избранный член-корреспондентом АН СССР, а затем и ставший заместителем председателя СО АН.

         Идея создания хозрасчетного объединения принадлежала Казанцеву, – совершенно естественным было назначить его директором

         Все понимали, что НПО должно заключить с заказчиком договор, выполнить работу и получить заработанные деньги. Часть этих денег должна была пойти на оплату тех, кто эту работу выполнял.

         В это время в ВЦ монтировались и налаживались первые ЭВМ. Казанцев подключил к этой работе студентов, как временных рабочих НПО «Факел», а «Факел» заключил договор с ВЦ. В этой ситуации ВЦ, заключивший договор на выполнение работ с райкомом комсомола (даже не с НПО «Факел»), был чист, «Факелу» же и райкому пришлось решить один очень трудный вопрос: получить наличные деньги в банке и выдать их студентам (возможно, и некоторым другим сотрудникам «Факела». Видимо, на этом, самом первом этапе Саше Казанцеву просто повезло. Во-первых, Г.И. Марчук был заинтересован в быстром монтаже и наладке ЭВМ. Во-вторых, все понимали, что студентам грех не предоставить возможность заработать. В-третьих, счет в банке, на который переводились деньги ВЦ СО АН, принадлежал РК ВЛКСМ, в-четвертых, в уставе ВЛКСМ была статья, которую я выше цитировал, и на нее можно было всегда сослаться.

обналичивание безналичных денег

         История умалчивает, как решался этот вопрос, но управляющий госбанком разрешил выдать деньги.

         Правильно ли он сделал? Я думаю, нет, но Казанцев думает по-другому:

         «И, конечно, не смог бы появиться «Факел», если бы здравый смысл управляющего Советским районным отделением Госбанка и управляющего новосибирским областным отделением (к сожалению, {Казанцев] не запомнил их фамилии) не возобладал над давлением всесильных областных партийных чиновников». Для меня эта фраза совершенно непонятна. Работники госбанка не должны руководствоваться здравым смыслом. Только инструкцией. С моей точки зрения, они совершили должностное преступление. Думаю, что они это тогда понимали. Если бы на них еще оказывалось давление «всесильных областных партийных чиновников», они бы точно не пошли бы на незаконную выдачу наличных денег, не имея на руках бумаги с утвержденным фондом зарплаты.

         А как было правильно?

         Самое правильное было бы при заключении договора ВЦ с НПО передать последнему вместе с деньгами необходимый фонд заработной платы. Но это, разумеется, абсолютно не устраивало Марчука. Фонд зарплаты был в институтах СО АН на вес золота.

         Был второй вариант. И тоже правильный. Зарегистрировать нормальным образом НПО «Факел» при райкоме комсомола, как предприятие, принадлежащее комсомолу (такие были), и получить на него через Госэкономкомиссию СССР и Госкомитет по труду и заработной плате СССР фонд заработной платы и штатное расписание сначала на ЦК ВЛКСМ, которое по цепочке спустило бы его до райкома ВЛКСМ и НПО. Жаль, что я не знаю, кто и как смог «уговорить» Управляющего областного банка. Единственно, что я знаю, так это (опять же со слов Казанцева) то, что «…первый секретарь Советского РК КПСС Владимир Потапович Можин ... поручился ... своим партбилетом за то, что в деятельности НПО «Факел» не будет ничего криминального». Откровенно говоря, на Председателя Госбанка такое заверение не должно было оказать никакого воздействия. Да и прокуратура должна была опротестовать его действия. И мне до сих пор непонятно, почему Госбанк дал согласие на операции, которые в тот период времени были криминальными.

         Сегодня основатели «Факела» говорят, что создание НПО «Факел» было в духе косыгинских реформ экономики. Но вот, что говорят источники:

         По инициативе Косыгина во второй половине 1960-х была осуществлена реформа оптовых цен промышленности. Рентабельность, предусмотренная в таких ценах, отныне учитывала, в частности, необходимость образования на предприятиях фондов экономического стимулирования. Таким образом, создавалась экономическая, а не сугубо директивно-плановая основа для развития промышленных отраслей. Фонды материального поощрения и развития производства предлагалось формировать не на директивной, а на нормативной основе, причем в прямой зависимости от фондообразующих показателей. А в дальнейшем намечалось отказаться от планирования "сверху" фонда заработной платы - сперва в промышленности, а затем и в других отраслях (то есть фактически эти сектора намечалось реформировать по югославской модели). Правда, Брежнев с Кириленко и Патоличевым утверждали, что новая система оплаты труда вполне может "похоронить" выработанную за многие десятилетия тарифную сетку. Так что отказа от директивного планирования зарплаты политбюро ЦК не допустило…

         Политбюро не допустило. Поэтому ссылки на то, что Саша Казанцев действовал в духе реформ Косыгина или, что «...игрою молодых реформаторов НПО «Факел» оказался первопроходцем в освоении договорного механизма косыгинских квазиреформ» [И.Коршевер. МК], неверны. Обналичивание безналичных денег никогда не разрешалось. Тот же И. Коршевер признает, что «...крупномасштабные хозяйственно-финансовые операции в условиях тотального фондирования заработной платы, перенесенная на все «народное хозяйство», была бы, конечно, губительна для советской экономики».

все работают на «Факел»

         Итак, первый шаг был очень труден, но этот криминальный шаг, так или иначе, был сделан: началось обналичивание безналичных денег. Второй шаг тоже был непрост. Но он уже осуществлялся с помощью сотрудника Института теоретической и прикладной механики Александра Фридберга, который узнав об НПО «Факел», стал его горячим энтузиастом. А Фридберг был дальновиднее и масштабнее Казанцева. Он придумал, как привлечь к выполнению работ не только студентов, но и сотрудников институтов СО АН. И не только сотрудников СО АН, но и вообще кого угодно. Так появилась концепция «Временного научно-технического коллектива» (ВНТК).

         Теперь стали говорить о двух ветвях деятельности «Факела»: комсомольско-предпринимательской Александра Казанцева и научно-интеграционной А Фридберга [И.Коршевер. МК]. Фридберг увидел возможность проведения комплексных междисциплинарных работ. Эти работы могли быть проведены только при участии специалистов различных направлений – различных институтов, и КБ. Теперь просматривалось решение проблемы внедрения результатов научных исследований. Но для этого необходимо было привлечь официально и в большом количестве совместителей.

         Для того, чтобы могли работать во ВНТК работники СО АН нужно было, во-первых, получить разрешение на совместительство сотрудников СО АН в ВНТК и, во-вторых, привлечь внимание директоров институтов к тем возможностям, которые открывались перед ними с помощью «Факела». И второй шаг был успешно сделан: и совместительство было разрешено, и внимание почти всех директоров к «Факелу» было привлечено. Директора институтов оценили открывающиеся перед ними возможности. Я не буду перечислять их, - они подробно изложены в уже цитированной статье И.Коршевера. На «Факел» пролился золотой дождь. А многие коллективы действительно стали использовать открывшиеся возможности для решения своих задач. В этом преуспели лаборатории, руководителями которых были, например, В. Коптюг и Н.Добрецов, будущие академики и Председатели СО РАН.

         Почему же вдруг стало возможным ускорить научные исследования и внедрение результатов науки в промышленность? Откуда взялась армия специалистов, которая начала работать за двоих, а то и за троих?

         Это были совместители из Институтов СО АН, часто из того же Института, который заключил договор с «Факелом».

         Не раз и не два, придя в КБ своего института, я видел на кульмане у конструктора, вместо планового задания, чертеж совершенно иной установки. И в ответ на мой недоуменный взгляд конструктор, помявшись, говорил. Тут халтурка подвернулась по «Факелу». И это был далеко не единичный случай. В массовом порядке откладывались плановые работы, зато ускоренно делались «факельские». За плановые работы все равно платили зарплату, а это была доплата, часто превышавшая в разы обычную зарплату сотрудника. Особенно если работа была аккордной, т.е. оплата шла за выполненную работу, а это было практически всегда.

          Это была именно та опасность, которую увидел академик Будкер, не пожелавший сотрудничать с «Факелом». Он решительно пресекал участие своих инженеров в работе с «Факелом» и не разрешал совместительство. Я разговаривал с академиком Будкером несколько раз на эту тему. Он говорил, что «…не нуждается в услугах «Факела»; …и все, что «Факел» делает, выглядит очень сомнительно».

         Академик А.Г. Аганбегян тоже отказался от сотрудничества с «Факелом». Официально он говорил, что у него нет таких задач, но в приватных разговорах он говорил, что не хочет попасть под колпак.

         Академик Боресков был аристократом, а тут он видел что-то дурно попахивающее. Поэтому Институт катализа тоже с «Факелом» не сотрудничал.

         Вскоре с «Факелом» научились работать и хозяйственные службы: начались «откаты» , создание черных касс наличных денег, включение в ведомости родственников, поскольку все же были ограничения на получение денег одним человеком за месяц. В общем, очень быстро многие стали смотреть на «Факел» как на махинаторов. Я был рад, что не связался с ним, когда Саша Казанцев пришел ко мне в 1965 году. И впоследствии, когда я стал работать главным инженером, а потом и заместителем директора по научной работе в Институте прикладной физики, мне несколько раз предлагали ускорить выполнение конструкторских и производственных работ через «Факел». Я решительно отказывался от таких предложений. Совместительствовать в «Факеле» нашим инженерам и конструкторам ни я, ни директор института В.Ф. Минин тоже не разрешали.

         P.S. Коснусь, пожалуй еще одной темы – отношения М.А. Лаврентьева к НПО «Факел». Насколько я знаю, оно было всегда положительным. Хотя я знаю, что Михаилу Алексеевичу не раз и не два рассказывали о негативных последствиях совместительства в «Факеле» сотрудников Института гидродинамики. Знал он детально и финансовые нарушения, допускаемые Советским Райкомом ВЛКСМ в части вольного распоряжения фондом заработной платы.

         Ставший через 5 лет после Севы Костюка (1974 г.) первым секретарем Советского райкома ВЛКСМ Игорь Глотов в статье «Комсомол в моей судьбе», опубликованной в газете «Наука в Сибири» № 43 (2678) 30 октября 2008 г., написал, что «председатель СО АН Михаил Алексеевич Лаврентьев… ратовал за то, чтобы в науку шли целиком преданные ей люди, чтобы они шли не за высокой зарплатой и не за жильем. А уж когда достигнут в науке существенных результатов, то могут рассчитывать на общественное признание, хорошую зарплату и квартиру. Вот почему Михаил Алексеевич, когда-то согласившийся на создание в районе «Факела», оказался впоследствии в рядах его противников».

         Ему возразила Наталия Алексеевна Притвиц, хорошо знающая жизнь Академгородка в тот период и события, происходившие в то время.

         «Обратимся к документам, – пишет она в статье «Мифы о Лаврентьеве» (НВС № 45 (2680) 20 ноября 2008 г.). – В «Веке Лаврентьева» приведено найденное в архивах письмо генеральному секретарю ЦК КПСС Л. И. Брежневу от первого секретаря Новосибирского обкома КПСС Ф. С. Горячева и председателя СО АН СССР М. А. Лаврентьева. (Правда, в копии была только подпись Лаврентьева). Письмо датировано 20 апреля 1971 года. В нем была просьба дать возможность завершить в 1971 г. работы «Факела» согласно календарным планам, а главное — разрешить создать в порядке эксперимента НПО «Факел» уже не при Советском райкоме ВЛКСМ, а при Президиуме СО АН СССР.
           Видимо, это обращение, как и многие другие в поддержку «Факела», отклика не нашло. «Факел» прекратил свое существование».

         Я могу подтвердить, что М.А. Лаврентьев был до самого конца горячим сторонником «Факела». Он, что называется «обивал пороги» крупных деятелей партии и правительства, пытаясь найти сторонников. К сожалению, не нашел. Идею «об обналичивании безналичных денег» не поддержал никто. На это счет уже было Постановление Президиума ЦК КПСС. А именно это фактически Михаил Алексеевич и просил. Только он хотел вывести «Факел» из системы комсомольских организаций в систему СО АН.

         Не поддержал его и Ф.С. Горячев, – подготовленное письмо с подписью Лаврентьева сам Горячев так и не подписал, несмотря на то, что академик Лаврентьев звонил ему и просил его об этом. Впоследствии это письмо ушло адресату только за подписью Лаврентьева. Михаил Алексеевич хотел лично поговорить о «Факеле» с Брежневым, но тот его не принял. Кажется, ответа на письмо не было.

мысли по поводу «Факела»

         Закрытие «Факела» я воспринял, как само собой разумеющееся. Был совершенно уверен, что установленный в стране финансовый порядок обнаружит грубое нарушение правил, ржавый механизм со скрипом прокрутится, вернет все на круги своя и восторжествует. Хорошо еще, что никто не был наказан за самоуправство в такой деликатной области, считающейся святая святых экономической политики социализма.

        Четыре с небольшим года работал «Факел» в Академгородке. Некоторые лаборатории и институты, работавшие с ним в эти годы, выиграли и сильно продвинулись вперед. Может быть, даже очень сильно.

         Сотни и тысячи людей заработали с его помощью деньги, что при зарплатах того времени было немаловажным.

         Помощь клубам, спортсменам, творческим коллективам тоже, наверняка, пришлась кстати. По крайней мере, эти четыре года они жили полной жизнью.

         Проиграло ли государство? «Факел» для государства был каплей в море. Можно было бы и пойти навстречу ученым, ходатайствующим за продолжение работы «Факела». Можно было бы пойти навстречу Академии наук. И академик Лаврентьев, по-видимому, видел в работе научных коллективов с «Факелом» больше плюсов, чем минусов и мог бы рассказать об этом первым лицам страны. Но Брежнев ни разу Лаврентьева не принял и не поговорил с ним. Наука стала в стране менее востребована, чем раньше. Руководство страны мало интересовали ученые, научная молодежь, развитие науки, больше интересовали настроения... Что поделаешь, жили в застойное время.
Две фотографии, приведенные ниже, сделаны уже в 21 веке, когда герои 60-х уже сильно постарели. Фотографиями Александра Казанцева тех лет я не располагаю.      

Всеволод Костюк

Александр Казанцев

      



          Вот еще три старые фотографии.

          В середине Игорь Коршевер , справа, как мне подсказали, Майя Лобынцева (девушку слева я не знаю, хотя её лицо мне очень знакомо): 

 

          Справа налево на фото 1969 года сидят Александр Фридберг, О. Коробейничев, В.Д. Ермиков, В. Пинаков (подсказано Ириной Крайневой 20 ноября 2012 г.)
       
          Справа сзади стоит Всеволод Костюк, а сидит перед ним Николай Загоруйко, ставший директором "Факела" после Александра Казанцева. Слева сидит Ю. Попов, а стоит А.А. Карпушин:

        Читая воспоминания Севы Костюка, Саши Казанцева и Игоря Коршевера, я вижу их сегодняшнее отношение к событиям, которые были 40-45 лет назад.
          Саша Казанцев за что только в жизни не боролся, и не всегда его "борьба" была мне симпатична. Но вот за "Факел" он борется до сих пор и никогда не перестанет бороться. И сегодня он "доказывает", что у «Факела» было все в порядке. А закрыл его серый кардинал Суслов. А если бы их не закрыли, то они обязательно бы решили великую проблему того времени – внедрение научных результатов.
          -  Во что?
           - Да во что бы потребовалось, туда бы и внедрили!
          Игорь Коршевер анализирует происшедшее и старается показать, кто есть who. И мне нравится, в основном,его анализ и весьма понравилось, что он вспоминает скромную, но ключевую фигуру того времени – А.Фридберга.

         Сева Костюк так и остался с теми, кто тогда был во власти. Его взгляды не изменились, несмотря на то, что с течением времени многое неизвестное стало известным, а многое известное пришлось переосмыслить. Сева же, который был мне очень симпатичен, как мне кажется, продолжает жить старыми понятиями комитетчиков и, разумеется, сожалеет о времени, когда он, волею его величества случая, мог одним даровать миллионы, заработанные другими, а другим - отказывать в них.

как быстрее достичь коммунизма

         Время было такое, что идеалы меркли, а герои развенчивались. То, что еще вчера казалось незыблемым, сегодня подвергалось сомнению.

         Учась в вузе, я привык к тому, что на семинарах по основам марксизма-ленинизма, философии и политэкономии нет-нет да задаст кто-нибудь такой вопрос, что преподаватель побледнеет и бросается в бой против студента, задавшего вопрос или всей студенческой группы. Иногда студента вызывали на кафедру, а то и в комитет комсомола и интересовались, откуда у него такие взгляды. Даже если он просто спросил.

         Вот так же бросилась в бой, правда, по другому поводу и с других позиций преподаватель антропологии в колледже против студента, недавно переехавшего с Украины, баптиста, отстаивающего истово право считать, что человек произошел не в результате эволюции приматов, а в результате деяния бога, сотворившего мир и человека. Она сразу решительно написала ему:

         – Я преподаю, а Вы изучаете научную теорию происхождения человека. Если Вы приверженец божественной версии – изучайте ее, но не у меня. Спорить на эту тему мы не будем. Если Вы в чем-либо не согласны со мной, можете не изучать мой предмет. Если будет продолжать спор со мной, я Вас исключу из своего класса.

         Вот так. Фактически это звучит так: «Ты можешь иметь свои взгляды, но уважай мои. Хочешь верить в бога, верь, но не спорь со мной, считающей научную теорию эволюции правильной».

         И он замолчал и больше не лез в споры.

         Не любили преподаватели общественных кафедр «трудных» вопросов, но они их они именовали провокационными. А свою (точнее официальную) точку зрения считали единственно правильной. Был тогда такой лозунг: «Учение Маркса всесильно, потому что он верно. Но почему оно верно? И какое отношение имеет учение Маркса к построенному в СССР социализму? Это не доказывалось. Это была аксиома. Дискутировать на эту тему было нельзя.

         Став младшими научными сотрудниками, мы постоянно участвовали в научных семинарах, где всё подвергалось сомнению. Где признавали только доказательства. Где докладчик должен был убедить участников семинара в своей правоте.

         В жизни все было не так. Большевики заменили веру в бога на веру в коммунистические идеалы, а вместо религиозных обрядов и изучения библии ввели обязательное изучение марксизма-ленинизма. Каждый год формировались в институте кружки по изучению, на которых было безумно скучно, потому что был казенный доклад из «Блокнота агитатора» и два-три вопроса для проформы. Не дай бог поднять острую тему. У нас все было хорошо, а станет еще лучше. Когда мы догоним и перегоним Америку. А это будет не позже, чем через 20 лет. А пока... Нужно работать не покладая рук гад приближением светлого будущего – коммунизма.

         Вот примерно такой схемы каждый должен был придерживаться. Естественно, многих это не устраивало. Они искренне хотели прихода коммунизма с его прекрасными лозунгами, но считали, что на пути к его достижению допускаются ошибки.

         Понятно? Против коммунизма не боролись, но хотели говорить о том, как ускорить движение общества к его достижению.

         Однако и это партийным боссам казалось крамолой. Пожалуй, они успешно справлялись с этим повсюду. Но не в Академгородке.

Продолжение следует

Tags: "Факел", Академгородок 1966, Казанцев, Коршевер, Костюк, Факел, Фридберг, райком комсомола
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments