Tags: Хрущев

Был молод я
  • mikat75

Академгородок, 1965. Пост 9. "Священная корова" советской социалистической экономики

Продолжение главы: Академгородок, 1965.
Начало см. посты   1,  2,   3,   4,   5,   6,   7,   8.
См. также предыдущие главы: Академгородок 1959, 1960, 196119621963 и 1964 гг.



фонд заработной платы – «священная корова» экономики социализма

Эта главка может показаться скучной, но она необходима мне, поскольку я стараюсь описывать события последовательно и обоснованно. Мы в ОКП всегда всё делали в полном соответствии с существующими законами и реалиями своего времени. Эти законы и реалии позволяли нам, находясь в их рамках, улучшать условия жизни и быта, решать трудные вопросы приобщения детей к природе, культуре, искусству,техническому творчеству, поддерживать стремление молодежи Академгородка не только видеть в нем всех современных деятелей науки и культуры, но и выразить себя, постоянно совершенствоваться и духовно расти.

К таким реалиям относится и возможность создания в существующих рамках профсоюзного комитета и его дочерних клубов, станций, школ, культурных учреждений – кружков, секций и клубов – как за счет бюджета (членских профсоюзных взносов), доходов от деятельности (кино), так и за счет привлеченных средств (взносов участников), т.е. на самоокупаемости. Самоокупаемость (не всякая, а только оплата населением, получавшим заработную плату) позволяла получить дополнительный фонд заработной платы.               
               Как видите, я разделяю денежные средства и фонд заработной платы.

Начну издалека.

Изучив в Политехническом институте две политэкономии - капитализма и социализма и сдав экзамены на отлично, я, тем не менее, не заинтересовался экономикой ни той, ни другой системы. Жизнь, однако, распорядилась так, что мне пришлось столкнуться и с той, и с другой, а потом и узнать об их экономике больше, чем мне вообще хотелось.

Получая с самого начала работы в СО АН невысокую зарплату и удивляясь тому, что мы в своей семье едва сводим концы с концами, я на первых порах решил эту проблему, начав работать еще преподавателем-почасовиком в НГУ. Казалось бы рубль в час - крохи, но 12 часов в неделю давали уже почти половину моей зарплаты в институте. А в последние два года я стал получать еще и полставки председателя ОКП, что было больше ставки младшего научного сотрудника, которую я получал по основной работе. Так что, получалось так: 105+50+110=265 руб. По тем временам совсем неплохо. Кроме того, как у молодого научного работника у меня были потрясающие перспективы: защитив кандидатскую диссертацию и став старшим научным сотрудником, я стал бы получать в институте в три раза больше – не 105-135, а примерно 350-400 руб., и это сразу выводило семью на более-менее нормальный уровень жизни. А при защите докторской диссертации уровень жизни становился просто очень высоким: доктор наук, заведующий лабораторией получал 500 руб. в месяц минимум. Кроме того, кандидаты наук и доктора работали в университете уже не почасовиками, а по-совместительству, и за меньшее количество часов они получали полставки доцента или профессора -200-300 руб.

Не следует забывать, что остепененные научные работники получали и дополнительные льготы. В Академгородке существовал, например, докторский стол заказов. Доктора наук и их семьи прикреплялись к диспансерному отделу, где уровень медицинского обслуживания был весьма высок. Это о зарплате и прочих льготах научного персонала.

Я столкнулся и с таким феноменом, как различный уровень зарплаты одинаковой категории работников в разных отраслях индустрии. У рабочих «Сибакадемстроя» рабочий получал выше рабочего такого же разряда в СО АН, только потому, что «Сибакадемстрой» был в Министерстве среднего машиностроения. Кроме того, несмотря на то, что и они, и мы жили и трудились в одном месте, – Западной Сибири, – они за работу в этой местности получали дополнительно к зарплате 15% – так называемый поясной сибирский коэффициент. К нашей зарплате этот коэффициент тогда не добавлялся.

Хотя я понимал, что минсредмаш получил дополнительные льготы от Правительства и ЦК КПСС сознательно, потому что атомную промышленность было необходимо укомплектовать лучшими кадрами, мне все же казалось такое отношение к нам несправедливым. Мне казалось, что СО АН может доказать, что наука в Сибири не менее важна для страны. Я еще расскажу, как я ходил в Москве по высоким инстанциям, пытаясь доказать, что мы тоже «мягкие и пушистые».

Но и это еще не всё. Став распорядителем кредитов в ОКП и, волей-неволей, изучив планирование доходов и расходов и бухгалтерский учет, я понял, что заработная плата в любом учреждении, на любом предприятии – совершенно особая категория. Деньги – это одно, а фонд заработной платы – другое. Можно учреждению или предприятию заработать или получить по бюджету много денег, но принять на работу еще одного сотрудника не удастся, если весь фонд заработной платы уже исчерпан.

Меня, как помню, это тогда весьма заинтересовало. Почитав соответствующую экономическую литературу, я понял, что государство озабочено тем, чтобы размер фонда заработной платы был таким же, как размер поступивших в продажу товаров народного потребления – продуктов питания и промышленных товаров, – которое население может купить в магазинах. Если выпуск этих товаров чуть вырос (в денежном выражении), можно в принципе и чуть поднять уровень зарплаты в стране. но нельзя поднимать заработную плату, не нарастив промышленный выпуск товаров народного потребления.

Зарплата (wage fund) – вообще-то общепринятая в мире экономическая категория, но если во всех странах регулятором ее является свободный рынок, то у нас в стране она устанавливалась снизу доверху вплоть до каждого предприятия, каждого отдела и лаборатории. Помимо этого, утверждались штатные расписания, где указывалось, кто (штатные должности) сколько будет получать. Например, в каком-либо Институте могло быть в штатном расписании записано для младших научных сотрудников, что со ставкой 105 руб., утверждено 25 ставок, со ставкой 120 руб. – 40 ставок, а со ставкой 135 руб. – 15 ставок. Но это для инженерно-технического персонала и служащих. Ссё расписывалось очень тщательно. Штатные расписания утверждались вышестоящей организацией.

Для рабочих была утверждена своя система оплаты труда. Там существовала сетка тарифных ставок – почасовая или сдельная. Я вскоре увидел, что размер и почасовых, и сдельных тарифных ставок рабочих на производстве самым тесным образом связывался с производительностью их труда. но в научных учреждениях, продукция выпускалась не на продажу, а для внутренних нужд института, поэтому в наших мастерских рабочие работали не сдельно, а повременно.

Но там, где была "сдельщина", обнаруживались интересные, но и одновременно обескураживающие вещи. Рабочий, оказывается, не стремился работать с максимальной производительностью своего труда. Он процентов на 10-15 перевыполнял норму, но не более, а мог бы иногда перевыполнить вдвое. Но этого он не делал, потому что ему вскоре повысили бы нормативы, и он при прежней оплате вынужден был бы работать интенсивнее. А вот при перевыполнении на 10-15%, нормы ему повышали незначительно, и он мог по-прежнему, не напрягаясь, их выполнять и чуть перевыполнять.

Но все понимали, что если производительность труда практически не росла, то и на изготовление единицы продукции цены не могут снижаться (не снижалась себестоимость). И вот тут был один из ключевых моментов экономической политики советских правительств в разные периоды жизни страны.

При Сталине ежегодно снижались цены, а Хрущев не снижал их ни разу. Наоборот, он был вынужден поднять цены сразу на 20-30% на ключевые продукты в 1961 году, что вызвало недовольство населения в стране, а в Новочеркасске даже привело к восстанию. Ситуация для меня тоже была неожиданной и, в силу моей экономической малограмотностью в те годы, казалась малообоснованной: Да, в 1961-1962 гг. я не настолько был подкован и информирован, чтобы увидеть истинные причины повышения цен. Думаю, что и подавляющая часть населения страны ничего в этом не понимала.

Я обратился за разъяснениями к отцу, - он весь этот механизм не просто понимал, он прочувствовал его, работая после войны главным инженером и директором на небольших заводах Промкооперации в Ленинграде и области. И он популярно мне все объяснил.

Сталин мог снижать цены, потому что росла производительность труда. А тогда и снижалась себестоимость продукции. Но как она росла. Какая-то часть этого роста безусловно обеспечивалась за счет модернизации оборудования, внедрения лучшей технологии. Но другая и, к сожалению, бóльшая часть роста производительности труда, обеспечивалась просто административными мерами: ежегодно спускалось задание по повышению производительности труда, и каждое предприятие, каждый цех и участок были обязаны отрапортавать о выполнении этого задания по производительности и снижению себестоимости продукции. Выполнить же это задание можно было одним-единственным образом – снизить расценки рабочему. Заставить его за то же время (за те же или чуть большие деньги) создать (например, выточить на станке) больше продукции. И на протяжении нескольких лет рабочему за одну и ту же работу платили все меньше и меньше.

Ну а в нашем сельскохозяйственном производстве платили настолько мало, что это сделать было уже невозможно. Я, будучи студентом (это уже во времена Хрущева), побывав не раз на уборке картофеля в Ленинградской области и на уборке пшеницы на целинных землях в 1957 году на своём опыте понял, какова стоимость физически чрезвычайно тяжелого «трудодня». Мы работали по 12 часов каждый день, но наш трудодень практически ничего не стоил. Когда проработав в урожайный год на уборке пшеницы полтора месяца без выходных (в выходные была пересменка: 18 часов работы, потом 18 часов отдыха), я захотел, возвращаясь домой, взять свой заработок деньгами, мне насчитали, что я заработал 42 руб.35 копеек. В университете мне платили 1 руб. в час, а здесь, как оказалось, мой час стоил всего 6 копеек. До такого уровня директивно снизили заработную плату колхозникам, чтобы снизить себестоимость сельскохозяйственной продукции. Понятно, почему крестьяне побежали из села в город. А я был не из худших работников: меня постоянно хвалили за перевыполнение дневных норм и наградили Почетным знаком «За освоение целинных земель».

Сельское хозяйство было настолько отсталым, что и такое снижение стоимости трудодня не помогло. Себестоимость мяса, например, оказалась выше цен в магазинах, и государство вынуждено было ввести дотацию на его покупку у колхозов и совхозов. То-есть покупало себе в убыток. Чем больше покупало, чтобы обеспечить население мясом, тем больше денег утекало из бюджета.

Думаю, что и Сталин, будь он жив, не сумел бы больше снижать цены. Когда-то ведь всё возможное кончается, и наступает "момент истины"!  Непродуманная экономическая политика в сельском хозяйстве сначала Сталина, а потом Хрущева довела страну до ручки.

Когда к власти после Сталина пришли правительства сначала Маленкова, а потом Хрущева, они начали лихорадочно искать выход из положения. Сначала несколько нет цены и зарплата практически стояли на месте, но уже в 1961 году Хрущев был вынужден объявить о повышении цен на мясо, масло и некоторые другие продукты питания. Но даже после повышения цен эти продукты остались дотационными. Это значит, чем больше производилось мяса в стране, тем больше государству надо было за него доплачивать. Повышение цен, не решало полностью проблему, но, во-первых, несколько уменьшало спрос населения, а, во-вторых, всё же немного компенсировало размер дотаций.

А вот инфляции в стране не было, но только потому, что были сбалансированы зарплата и стоимость произведенных товаров народного потребления, и обе составляющие этого баланса были под постоянным контролем финансовых органов. Если рос фонд заработной платы, следовало увеличить производство товаров народного потребления, чтобы, получив деньги, народ не смел с прилавков подчистую все, что туда поступало. И все же многие продукты питания и промышленные товары были дефицитны. Причем дефицит стал хроническим.

Я мог бы изложить эти вопросы и более строго, указав на другие факторы, которые использовались экономистами. Ими был выработан ряд критериев, которые повсеместно использовались. Например, фонд заработной платы предприятиям увеличивался, поскольку он не мог не возрастать. Но делалось это централизованно в соотношении 1 к 10: при росте производительности труда на 10%, фонд заработной платы увеличивался на 1%. вот какая была социалистическая экономика!

Если суммировать всё вышесказанное относительно фонда заработной платы, не обойтись без общих слов, выражающих его ключевое значение в так называеиой социалистической экономике. Вот цитата из одного учебника того времени:

«Размер фонда заработной платы тесно связан со всеми показателями народно-хозяйственного плана и, прежде всего, с планами производства товаров народного потребления, платных услуг и товарооборота, кассовым планом Госбанка СССР, планом денежного обращения, балансом денежных доходов и расходов населения.

Фонд заработной платы существенно влияет на показатели себестоимости продукции, рентабельность, финансовое состояние предприятий и отраслей. Поэтому очень важен контроль за его расходованием, который осуществляется органами управления соответствующих отраслей, финансовыми органами, а также Госбанком СССР. Научно обоснованное определение размера фонда заработной платы, его экономное расходование – важное условие роста общественного производства и повышения благосостояния трудящихся». Я подчеркнул ключевое слово "контроль".

Теперь понятно, что создание профсоюзными организациями кружков, школ и секций на самоокупаемости не приводило к росту фонда заработной платы, потому что заработная плата преподавателей этих кружков, секций и школ оплачивалась родителями деньгами, полученными тоже в качестве зарплаты, ведь других легальных источников дохода у населения не было. Это и привело к появлению в законодательстве о профсоюзах появления разрешения на создание кружков, школ и секций на самоокупаемости. И профсоюзы в своих структурах тоже следили за соблюдением этого правила. И у нас в ОКП и в мыслях не было его нарущить, а только использовать..

Вскоре, глядя на профсоюзы, комсомол решил тоже получить разрешение такого же типа. Комсомол, по примеру КПСС, имевшего постоянный источник дохода (например, от издательской деятельности, поскольку газета «Правда» и другие партийные издания выходили из печати миллионными тиражами), очень хотел иметь много денег и уже начал их зарабатывать, где только можно. Видимо, и ему нехватало фонда заработной платы. ЦК ВЛКСМ вышел с подобным предложением в ЦК КПСС и Правительство, и они дали такое же разрешение и комсомолу.  Но было это несколько позже, в 1966 году.

Именно этим разрешением и воспользовался ставший печально знаменитым академгородковский «Факел» с помощью  Советского райкома комсомола, и разбогател в одночасье Советский райком. "Факел" с райкомом воспользовались, но нарушили главное условие, содержавшееся в этом разрешении, пустив на мясо вышеупомянутую «священную корову». Но об этом чуть позже.

Продолжение следует


Был молод я
  • mikat75

Академгородок, 1964. Пост 38. Снятие Хрущева

Продолжение главы Академгородок, 1964.
см. Академгородок, 1964. Пост   1 - 1011 -  2021 - 30,   313233,   3435,   36,   37.
См. также предыдущие главы: Академгородок 1959, 1960, 19611962 и 1963 гг.

 

трехместный космический корабль «Восход»

 

          12 октября 1964.года на орбиту спутника Земли новой мощной ракетой-носителем впервые в мире выведен трехместный пилотируемый космический корабль "Восход" с экипажем, состоящим из командира корабля летчика-космонавта инженер-полковника В. Комарова, членов экипажа-научного сотрудника-космонавта кандидата технических наук К. Феоктистова и врача-космонавта Б. Егорова». Еще один триумф Никиты Сергеевича Хрущева. Как оказалось, последний.

 

сняли Хрущева

 

          А в Президиуме ЦК КПСС между тем созрел заговор. Хрущева вызвали из Пицунды, где он отдыхал. На заседании Президиума председательствовал Микоян. Хрущева сняли со всех постов, а на на следующий день 15 октября сообщили:

          – 15 октября 1964 года Президиум Верховного Совета СССР удовлетворил просьбу Н. С. Хрущева об освобождении его от обязанностей Председателя Совета Министров СССР в связи с преклонным возрастом и ухудшением состояния здоровья. Председателем Совета Министров СССР назначен А. Н. Косыгин.

          А Первым секретарем ЦК КПСС был избран Леонид Ильич Брежнев.

          Академия наук была спасена. Все разговоры об ее разгоне прекратились. Вскоре появилась и новая терминология: «волюнтаризм», «субьективизм».

          А в народе встретили его снятие стишком:

            Товарищ, верь! Придет она, 
                                                На водку старая цена. 
                                                И на закуску будет скидка, 
                                                Ушел на пенсию Никитка.

          Размечтались!Collapse )

           "Отставка" Хрущёва была результатом заговора по всем правилам. Еще накануне переворота все будущие посты были распределены. Решающей причиной его отставки стала позиция части партийно-хозяйственных кадров, обеспокоенных его бесконечными реформами, которые постоянно угрожали их карьере, стабильности положения и привилегиям. Первоначальная поддержка Хрущева партийным аппаратом объяснима его деятельностью по десталинизации, прекращению чисток, установлению более или менее стабильной системы. Однако вскоре хрущевские реформы разрушили эту идеальную схему. Его смещение было вызвано «бунтом» аппарата на фоне равнодушия общества и интеллектуальной элиты. 

          Снятие Хрущева со всех постов было для меня неожиданным. Я не представлял себе, что в СССР возможен государственный переворот. Мне казалось, что власть вождя партии и народа незыблема.
          Однако это произошло, хотя нам это было преподнесено как заурядное явление, – обычная ротационная процедура.
          Тем не менее предпосылки для снятия Хрущева со всех постов безусловно были. Народ возмущался из-за ухудшения  продовольственного снабжения, а руководители политики и экономики всех уровней –нестабильностью своего положения. Им были недовольны не только ученые Академии наук, но и другие еще более влиятельные группы, чье мнение не могло не учитывать ближайшее окружение Хрущёва. Им все более и более была недовольна партийная, государственная и военная верхушка (сейчас бы сказали, элита) страны. Решающей причиной его отставки стала позиция значительной части партийно-хозяйственных кадров, которые были обеспокоены бесконечными реформами Хрущева Они, как правило, заканчивались провалами, в которых виновниками становились именно они, эти самые партийно-хозяйственные кадры. В конце концов, эти кадры увидели в деятельности Хрущева постоянную угрозу их карьере, стабильности их положения и привилегиям. По сути возник «бунт» аппарата.
          Заговор возник в самом  Политбюро, которое стало готовить смену лидера. Общество же осталось равнодушным к снятию Хрущева. Более того,  интеллектуальная элита, пожалуй, даже вздохнула с облегчением, поскольку устала от его непродуманных и эксцентричных выходок, намечавшейся ликвидации Академии наук, хамского отношения к деятелям искусства и литературы.

          12 октября 1964 года восемь членов Президиума ЦК КПСС во главе со вторым секретарем ЦК КПСС Брежневым решили предъявить Хрущеву политические и личные обвинения.
          Кроме Брежнева, это были: еще два секретаря ЦК КПСС Подгорный и Суслов, два первых заместителя Председателя Совмина СССР Косыгин и Полянский, Председатель Совмина РСФСР Воронов, Председатель Комиссии партийного контроля при ЦК Шверник и в недавнем прошлом Первый секретарь ЦК КП Украины Кириленко. Их активно поддерживали два кандидата в члены Президиума ЦК Гришин (председатель ВЦСПС) и Ефремов, а также секретари ЦК Андропов, Демичев, Ильичев, Поляков, Пономарёв, Рудаков, Титов, Шелепин. Они договорились срочно вызвать Хрущёва, который отдыхал в Пицунде, в Москву, где на заседании Президиума ЦК КПСС предъявили ему обвинения.

          13 октября на новом заседании Президиума ЦК, уже в присутствии Хрущёва, Брежнев поставил вопрос о его «добровольной отставке». Хрущёв активно сопротивлялся. Однако 14 октября все же подписал текст заявления о своем уходе.
          В тот же день состоялся пленум ЦК, на котором выступили Брежнев и Суслов. Брежнев обвинил Хрущёва в нарушении принципа коллективного руководства, «выпячивании своей личности» и в серьезных просчетах «прикрываемых бесконечными перестройками и реорганизациями». Суслов также дал резкую оценку бывшему главе партии и государства. Причем упор был сделан на «плохие черты характера» Хрущёва. В итоге пленум удовлетворил «просьбу» Хрущёва об отставке, а также признал в дальнейшем невозможным соединять в одних руках два поста: Первого секретаря ЦК и Председателя Совмина СССР. 
          Новым Первым секретарем партии был избран Л. Брежнев, а главой правительства — А. Косыгин.

 

из Архива А.Н. Яковлева, «архитектора перестройки» и «отца гласности»

 

          По многочисленным воспоминаниям участников событий того времени доктор исторических наук А.Н.Артизов и кандидат исторических наук Ю.В.Сигачев подготовили публикацию, которую я и привожу здесь в сокращенном виде. Полностью она приведена в Архиве Александра Николаевича Яковлева (Альманах «Россия. ХХ век» http://www.alexanderyakovlev.org/almanah/inside/almanah-intro/1002078), который с 1987 года был  членом Политбюро ЦК КПСС, а с октября 1988 г. – председателем Комиссии Политбюро ЦК по дополнительному изучению материалов, связанных с репрессиями 1930–1940-х и начала 1950-х годов. За Яковлевым впоследствии закрепились титулы «архитектора перестройки» и «отца гласности» . 

«...К началу 1964 г. авторитет Хрущева в стране упал, о чем свидетельствовали многочисленные анекдоты о нем, получившие широкое распространение. Недовольны были все слои общества: рабочие и служащие — повышением цен на товары и производственных норм, введенных одновременно со снижением расценок; крестьяне — вынужденным урезанием подсобных хозяйств; жители маленьких городов и поселков — запретом держать скот. Творческая интеллигенция обсуждала экстравагантные выходки первого секретаря, устраивавшего «разносы» виднейшим писателям и мастерам живописи и поучавшего их, как и что надо творить. Усилению социальной напряженности способствовали перебои в обеспечении городов и поселков продовольствием из-за неурожая 1963 г.

Этим не замедлили воспользоваться члены высшего партийно-государственного руководства СССР, жаждавшие стабильности своего положения и боявшиеся очередной смены караула в верхах.

На июньском (1963 г.) пленуме ЦК КПСС обязанности второго секретаря ЦК, вместо разбитого инсультом Ф.Р. Козлова, Хрущев поручил исполнять сразу двум членам Президиума ЦК — председателю Президиума Верховного Совета СССР Л.И.Брежневу и переведенному из Киева на работу секретарем ЦК КПСС Н.В.Подгорному. Именно эти два человека взяли на себя основную работу по организационному оформлению недовольства партийной номенклатуры.

По воспоминаниям Г.И.Воронова, в то время председателя Совета Министров РСФСР, все это готовилось примерно год. «Нити вели в Завидово, где Брежнев обычно охотился. Сам Брежнев в списке членов ЦК ставил против каждой фамилии “плюсы” (кто готов поддержать его в борьбе против Хрущева) и “минусы”. Каждого индивидуально обрабатывали». Иногда пишут, что «мотором» заговора был не входивший тогда в состав Президиума ЦК секретарь ЦК КПСС А.Н.Шелепин, опиравшийся на своего друга — председателя КГБ при Совете Министров СССР В.Е.Семичастного. Однако по своему второстепенному положению в партийной иерархии, они не имели возможности возглавить оппозицию. Не случайно и Шелепин, и Семичастный отрицали руководство заговором, признавая вместе с тем свою активную роль в нем. <...>

          Подготовка к смещению первого секретаря заставляла всех их быть предельно осторожными.

          И все же реальные свидетельства нарастания напряжения во взаимоотношениях первого лица с другими членами Президиума ЦК КПСС остались. Вот некоторые примеры.

          11 июля 1964 г. Заседание пленума ЦК КПСС. Присутствует вся партийно-государственная номенклатура. Рассматривается болезненный для Брежнева вопрос о его освобождении с поста председателя Президиума Верховного Совета СССР и назначении на эту должность Микояна. Начав с нелепой шутки об «отлупе деда Щукаря», Хрущев далее обращается к Брежневу и с нарочитым пренебрежением к нему комментирует только что прозвучавшие аплодисменты участников пленума: «Это рады, чтобы Вас освободить. Нельзя же назначить, не освободивши. Это обрадовались люди, что Вас освободили». Чтобы сохранить лицо, Брежнев вынужден ответить: «Не думаю. Это они хорошо провожают». 
          Многословно и иносказательно объяснение Хрущева, почему проводится кадровая перестановка: «Я думаю, что это будет хорошо, потому что сейчас значение Президиума Верховного Совета надо поднимать и придавать ему еще большее значение. Вот Конституцию разработали. …Нам сейчас не завинчивать гайки надо, а надо показать силу социалистической демократии. …Раз демократия, то и руководство может быть подвергнуто критике. И это надо понимать. Без критики нет демократии. …Мы [анти]демократические методы побороли со всеми трудностями и разбили врагов, оппозицию, имели монолитность в народе, который поддерживал нашу партию, а сейчас, я так понимаю, не все мы единого мнения, сейчас у нас по нарастающей развивается этот процесс. Поэтому, чтобы было более демократично — надо устранить препятствия: освободить одного и выдвинуть другого». Но для участников пленума, с полуслова понимающих намеки, речь Хрущева предельно ясна: в отличие от Микояна, Брежнев не способен быть «демократическим президентом» страны, он не в состоянии поднять работу Президиума Верховного Совета СССР на более респектабельный уровень, и потому его возвращают на прежнюю работу в ЦК КПСС курировать военно-промышленный комплекс.

          19 августа 1964 г. Заседание Президиума ЦК КПСС. Присутствует узкий круг высших руководителей, где можно не прибегать к «византийскому слогу». Обсуждается поездка Хрущева по регионам страны. Всплывает вопрос об оплате труда комбайнеров, чабанов, других сельскохозяйственных рабочих. Первого секретаря возмущают повышенные расценки и плохое нормирование труда в колхозах. Попытка Полянского оправдаться вызывает бурную реакцию Хрущева, работе своего соратника по Президиуму ЦК он выставляет негативную оценку: «Товарищ Полянский, я с вами не согласен. Это несогласие складывается в какую-то линию. …Я против того, чтобы сельские рабочие вырывались и больше зарабатывали, чем заводские рабочие. …Вы берете на себя смелую задачу защиты вопроса, которого Вы не знаете. В этом тоже Ваша смелость. Но это не ободряет ни меня, ни других. Я полагаться в этих вопросах на Вас очень затрудняюсь. Как Вы подошли к решению пенсионного вопроса? Разве так можно решать? Всем поровну — так нельзя. Это самое легкое. А надо, чтобы как мы решили, чтобы колхозы принимали участие, чтобы они от своих отчислений определяли размеры, тогда будет стимулирование производительности труда. Он будет сегодня работать, а будет думать, что он получит, когда пойдет на пенсию. Вот о чем речь идет. А Вы представили уравнительную [пенсию], не соответствующую нашей линии. Другой раз — по ценам. Я очень осторожно к Вам отношусь». И далее, обращаясь к другим членам Президиума ЦК, Хрущев заключает: «Я остро этот вопрос поставил, товарищи. Вы знаете, что этим вопросом занимается Полянский. Я его считаю не совсем объективным».

          На этом же заседании при обсуждении подходов к уборке хлопка, в отсутствие Косыгина, Хрущев и ему дает нелестную характеристику: «Нет здесь Косыгина. Но тут Косыгиным пахнет. Онзнает цену длинного тонковолокнистого хлопка, он знает производство текстиля, и на него текстильщики жмут. …Нити тянутся к Косыгину. У него старые взгляды».

          17 сентября 1964 г. Заседание Президиума ЦК КПСС. Присутствуют Хрущев, Брежнев, Воронов, Микоян, Полянский и Суслов. В рабочей протокольной записи заседания заведующий Общим отделом ЦК В.Н.Малин фиксирует вопрос «о Президиуме» и следующие рассуждения Хрущева о его составе: «Довольно много людей с двухмесячным отпуском» (т.е. старых); «Три этажа в руководстве — молодых, средних и старших». Действующий состав Президиума ЦК КПСС явно не устраивает Хрущева, в верхнем эшелоне власти необходима процедура ротации кадров. Конечно, обсуждение такой острой темы лишь встревожило членов Президиума ЦК и побудило их к более активным действиям против первого секретаря ЦК КПСС и председателя Совета Министров СССР.

          Из воспоминаний Сергея Хрущева (сына Н.С. Хрущева) известно, что сообщение о заговоре он получил еще до поездки отца в третьей декаде сентября 1964 г. на полигон Тюра-Там. После возвращения Хрущева Сергей подтвердил тревожную информацию, рассказав отцу о состоявшейся беседе с бывшим охранником Н.Г.Игнатова В.И.Галюковым. Однако Хрущев не придал ей должного значения, видимо считая, что легко возьмет ситуацию под контроль и избавится от своих оппонентов. Во всяком случае, о настойчивом «выпроваживании» из Москвы в отпуск Хрущев сообщил президенту Индонезии Сукарно 29 сентября в шутливом тоне. Перед отъездом он лишь попросил Микояна встретиться с Галюковым.

          На отдыхе в Пицунде Хрущев готовился к намеченному на ноябрь пленуму ЦК по сельскому хозяйству, встретился с членами делегации японских парламентариев. Приехавший туда же 3 октября Микоян привез один экземпляр записи откровений Галюкова. Это документальное подтверждение о намеченном перевороте не побудило Хрущева к немедленным действиям. Он знал, что Брежнев в ближайшие дни будет находиться в Берлине на праздновании 15-летия Германской Демократической Республики, а Подгорный 9 октября вылетит в Кишинев для участия в торжествах, посвященных 40-летию образования Молдавской ССР и созданию Коммунистической партии Молдавии.

          Как вспоминает оставшийся «на хозяйстве» Полянский, 11 октября ему позвонил Хрущев и сообщил, что знает об интригах против него, обещал через три-четыре дня вернуться в столицу и показать всем «кузькину мать». Полянский бросился срочно обзванивать членов Президиума ЦК КПСС.

          В Москву немедленно вернулись Брежнев и Подгорный. Последний по пути сделал посадку в Киеве, где встретился с Шелестом и просил его быть готовым к вызову в столицу.

          12 октября в отсутствие Хрущева в Кремле собралось заседание Президиума ЦК КПСС. В принятом постановлении — единственном документальном свидетельстве этого заседания — зафиксировано следующее решение: в связи «с возникшими неясностями принципиального характера провести следующее заседание 13 октября с участием т.Хрущева. Поручить тт. Брежневу, Косыгину, Суслову и Подгорному связаться с ним по телефону». Участники заседания постановили также отозвать из парторганизаций хрущевскую записку о руководстве сельским хозяйством из-за содержащихся в ней путаных установок, вызвать в Москву членов ЦК и ЦРК КПСС на пленум, время проведения которого определить в присутствии Хрущева.

          13 октября около половины четвертого дня в Кремле началось новое заседание Президиума ЦК КПСС. Прилетевший из Пицунды в сопровождении Микояна Хрущев занял обычное место председателя. Первым взял слово Брежнев, разъяснивший Хрущеву, что за вопросы возникли в Президиуме ЦК. Чтобы Хрущев понял, что он в изоляции, Брежнев подчеркнул, что вопросы ставят секретари обкомов. Хрущев попытался оправдаться. Признав весомость аргументов, он тем не менее начал отстаивать разделение обкомов, заговорил о своем стремлении приносить пользу, насколько хватит сил. Но его быстро прервали. До позднего вечера по очереди Шелест, Воронов, Шелепин, Кириленко, Мазуров, Ефремов, Мжаванадзе, Суслов, Гришин и Рашидов перечисляли хрущевские прегрешения.

          Заседание продолжилось утром следующего дня. С большой обличительной речью выступил Полянский (ему было поручено подготовить для пленума ЦК КПСС специальный доклад об ошибках первого секретаря, который не прозвучал на пленуме только потому, что Хрущев согласился по-тихому уйти в отставку). С ним солидаризовались Косыгин, Подгорный, другие присутствующие. Единственным участником заседания, кто выступил в поддержку прежнего лидера страны, оказался Микоян, предложивший оставить Хрущева «у руководства партии». Но и он, увидев решимость остальных, в итоге согласился со смещением Хрущева. Сам «обвиняемый» в «последнем слове» признал свои ошибки, согласился подписать заявление об отставке и заявил: «Не прошу милости — вопрос решен. Я сказал т.Микояну— бороться не буду… Радуюсь — наконец партия выросла и может контролировать любого человека. Собрались и мажете говном, а я не могу возразить». После ухода Хрущева Брежнев предложил выдвинуть на пост первого секретаря ЦК КПСС Подгорного, но тот отказался в пользу Брежнева.

          В тот же день 14 октября в 6 часов вечера в Екатерининском зале Кремля открылся внеочередной пленум ЦК КПСС. Выступивший на пленуме по поручению Президиума ЦК КПСС с докладом Суслов озвучил «единодушное» мнение членов высшего партийного ареопага о необходимости смещения Хрущева. Сказав несколько дежурных фраз об инициативе и энергии Хрущева, его роли в разоблачении культа личности Сталина, заслугах в борьбе с «антипартийной группой Молотова, Кагановича, Маленкова», в проведении политики мирного сосуществования, докладчик с пафосом обрушился на Хрущева. В вину ему было поставлено нарушение норм партийного руководства: решает дела единолично, пренебрегает коллективным мнением; достижения приписывает себе, а недостатки сваливает на других; пытается поссорить членов Президиума; стремится принизить авторитет своих коллег в массах, препятствует их выездам на места, а сам берет в поездки родственников; способствует восхвалению своей личности. Результат этих неправильных методов руководства — грубые политические, экономические и организационные ошибки (бесконечные перестройки и реорганизации партийного и советского аппарата, ликвидация райкомов партии, созыв нерабочих парадных пленумов ЦК, замена пятилеток семилетними планами, монополизация руководства сельским хозяйством, увлечение кукурузой, самовольство в награждении орденами, угроза разогнать Академию наук СССР и др.).

         Поскольку все основные вопросы были разрешены до пленума, его ход умело срежиссировали. Доклад Суслова в нужных местах прерывался одобрительными выкриками с мест и аплодисментами. По его окончании постановили «прений не открывать». Голосование прошло организованно и единодушно. Сначала было принято постановление «О т.Хрущеве», согласно которому он освобождался от занимаемых постов «в связи с преклонным возрастом и ухудшением состояния здоровья», признавалось «нецелесообразным в дальнейшем объединять в одном лице обязанности первого секретаря ЦК КПСС и председателя Совета Министров СССР». Затем первым секретарем ЦК избрали Брежнева, а председателем Совета Министров СССР — Косыгина.

          Председательствовавший на пленуме Брежнев от имени Президиума ЦК предложил «для печати ограничиться только одним пунктом постановления».

          Краткую и скупую информацию о пленуме и отставке Хрущева 16 октября опубликовали в газетах. <…>

 

Алтайский край с добрым напутствием Хрущеву

 

          15 октября 1964 года, когда ТАСС распространил сообщение, что Хрущев попросился на отдых «по состоянию здоровья», Барнаульская телестудия повторила документальный фильм «Наш Никита Сергеевич», который был сделан к его дню рождения, с добрым напутствием пенсионеру. Надо ли говорить, что на другой день директор студии был снят с работы.

 

как я воспринял снятие Хрущева

 

          Почти полвека прошло с тех пор. Многое видится несколько иначе. Но я хорошо помню, что само событие – снятие Хрущева – я принял спокойно. В жизнь вошли два новых емких термина –  «волюнтаризм» и «субъективизм», – которыми объясняли причины устранения Хрущева от власти.

          Я посмотрел в Википедии и из трех значений первого термина выбрал то, которое объясняет деятельность Хрущева. Именно так мы тогда и понимали это редко используемое слово, которое неожиданно вошло в жизнь: «волюнтаризм характеризуется стремлением к цели посредством одной только воли, не учитывая обстоятельств и последствий». Да, мы так и думали, что Хрущев, действуя импульсивно, не учитывает обстоятельств и последствий, навязывая всем свою волю. И для меня это было понятно. Было это. Было. И вместе с многими научными работниками, знавшими о предстоящем «разгоне» Академии наук, до которого оставался один шаг, я вздохнул с облегчением:

– Наверное, теперь не разгонят.

          Субъективизм – в глазах марксистов – это уже просто ругательство. Когда кого-то обвиняли в субъективизме, то это было не просто отсутствие объективности, навязывании всем собственных взглядов. Субъективизм у марксистов «...лежит в основе различных извращений марксизма-ленинизма. Правый ревизионизм, исходя из субъективистского понимания практики, пытается эклектически совместить принципы философии марксизма с субъективистскими философскими концепциями (например, экзистенциализмом и прагматизмом). Ревизия марксизма, осуществляемая «слева», состоит в подмене его творческой теории системой субъективистски толкуемых догм, служащих обоснованием волюнтаризма. Субъективизм в политике характеризуется тем, что политические решения принимаются на основе произвольных, ненаучных установок. Политический субъективизм находит своё выражение в пренебрежительном отношении к общественным закономерностям, в вере во всесилие административных решений» (Философская энциклопедия: http://dic.academic.ru/dic.nsf/enc_philosophy/1177/СУБЪЕКТИВИЗМ).

          Но я еще видел полное отсутствие интеллигентности. В глазах у меня стоит полупьяный Хрущев на трибуне и грозит пальчиком академику Лаврентьеву:

– Я тебя насквозь вижу, Ермак ты Тимофеевич!

          И слышу его полупохабное:

– Накося выкуси! – и вижу выброшенную вперед руку с кукишем.

          И представляю его с башмаком в руке, которым он стучит по столу в зале ООН перед всем миром.

          И содрогаюсь, что он чуть не привел мир к ядерной войне. Правда в последнюю минуту опомнился.

          И усмехаюсь, вспоминая, как он учил художников, скульпторов, поэтов и композиторов в своей мании коммунистического величия.

          Следует учитывать, что мы жили в авторитарном государстве, и до самого последнего момента, до снятия Хрущева он был непререкаемым авторитетом. Никто не смел ему перечить. Его слово было всегда последним. Даже если кто-либо из членов Президиума ЦК КПСС имел вначале другое мнение, он в конце изменял его, присоединяясь к мнению Хрущева. Пленум ЦК КПСС проштамповывал решения Президиума, вынося свои Постановления или назначая новую партноменклатуру. Съезд КПСС проштамповывал предложенные ему Решения Пленума.

          Но мне многое и нравилось в его деятельности..

          Нравилось, что он разоблачил культ Сталина, не побоявшись того, что сам он был его пособником.
          Нравилось, что он открыл двери ГУЛАГа и разрешил рассказать о том, что творилось там за колючей проволокой.
          Нравилась его энергия и напор, не прекращающийся все годы его правления.
          Нравилось его стремление изменить нашу действительность, провести реформы.
          Нравились его попытки решить продовольственную и жилищную проблемы.
          Нравилось то, что вождь перестал быть богом. Он оказался человеком со всеми его слабостями.

           В годы правления Хрущева мы жили бурной жизнью. Одна реформа следовала за другой. Одно решение за другим. Во многом деятельность вождей стала публичной. После Хрущева многое вернулось на круги своя. Не стало Совнархозов и сельских обкомов КПСС. Партноменклатура успокоилась. Теперь можно было уже не дрожать за свое кресло. Наступила эпоха, которую назвали застоем. Она пришла не сразу – еще несколько лет интеллигенция трепыхалась, как птица, пойманная в силок. Еще по инерции что-то возникало, что-то делалось. И нам в Академгородке еще что-то определенно удалось сделать. И не просто удалось. Видимо, все-таки, партийный присмотр за молодежью Академгородка был слабоват, и именно следующие годы стали годами подлинного расцвета общественной и культурной жизни. Но об этом рассказ впереди.

          И я понимал, что я и мои взгляды коренным образом изменились благодаря деятельности Хрущева. И не только мои. Я чувствовал, что многие люди вокруг меня как бы «распрямились», почувствовали себя, стали думать по-другому, поняли, что своими действиями они могут что-то изменить в нашей жизни. Я могу смело сказать, что хрущевское десятилетие сделало нас другими людьми. Он вовлек нас в «поток социального творчества» [по выражению Лена Карпинского]. Сделал людьми, не принявшими застой 70-х. И мы откровенно издевались над сменившим Хрущева вождем, лишенном полета мысли, фантазии и инициативы.

            Анекдоты про Хрущева сменились издевательскими анекдотами про Брежнева.

            Вот один из анекдотов о Хрущеве: 

– Одной ногой мы уже стоим в коммунизме, – сказал Хрущев.
– Ну и долго мы будем так стоять враскоряку? – спросил старый большевик.

            А вот один из анекдотов о Брежневе.

         Брежнев на заседании Политбюро говорит:
– Товарищи! У нас многие члены Политбюро впали в маразм, играют в игры, скачут на деревянных лошадках. А вот Косыгин отобрал у меня оловянных солдатиков (плачет) и не отдае-е-ет!

          Сам Хрущев уже на склоне лет, раздумывая о своей жизни и своей роли в жизни нашей страны, сказал:

– Умру я... Положат люди на весы дела мои. На одну чашу дела худые, на другую – добрые... И добро перетянет...

          Так он думал. А про то, что кровь была на его руках, уже позабыл? Думал только о своей роли в истории.

          Вчитываясь в строки сохранившихся документов и воспоминаний, я думаю, что Хрущев просто недооценил своих «соратников», – тех людей, которых сам подобрал и сам расставил по высшим партийным и советским должностям. Мне кажется, он мог, скомандовав прямо из Пицунды, всех их арестовать, потому что его слово было непререкаемым. Хрущев просто не хотел этого сделать. Зная о заговоре, он надеялся переубедить их. Он не думал, что они так крепко сговорились и уже раздали друг другу посты.

          Мне еще раз хочется вернуться к личности Хрущева. Мы теперь по опубликованным документам и воспоминаниям неплохо изучили не только его, но и всех, кто был рядом с ним, начиная с первых лет после смерти Сталина. И вот невольно перебираешь в мыслях, кто из этих людей мог развенчать культ личности, провести даже робкую десталинизацию общества? 
          Некоторые пишут, что мог Берия, который вначале был главным «преобразователем». В частности, именно по его инициативе было пересмотрено «дело врачей» и объявлена амнистия.
          Маленкова называют иногда несостоявшимся Дэн Сяо Пином в экономике СССР. Кто знает, если бы Хрущев не отстранил его от руководства правительством страны, может быть, путь, по которому пошел Китай, был бы нашим путем.
          А больше вообще нет (по крайней мере, для меня) никаких кандидатов на более-менее крупные реформы в политике и экономике. И у меня возникает вопрос, а если бы не было Хрущева, мы бы так и жили, не развенчав культ Сталина. Вот китайцы так и не развенчали культ Мао Цзе Дуна, хотя его культурная революция вполне сравнима с нашим 37-м годом. Выходит, что роль личности в истории так велика?!

          Но известно, что история не терпит сослагательного наклонения. Что было, – то было. Что случилось, – то и случилось. Только не нужно ничего дописывать и домысливать. Не нужно переписывать историю. Этот отрезок истории был моим временем. Я тогда жил. Я определенным образом воспринимал каждое событие. Мне было иногда стыдно за Хрущева: за его корявый язык, за «кузькину мать», за необдуманные поступки. Но я его не ненавидел. Я лично его воспринимал, как живого человека, каким он и был, импульсивным, убежденным, искренним. Он хотел, чтобы жизнь людей стала лучше, чтобы страна была сильной и богатой. Беда его заключалась в том, что он был в плену догм, установленных Марксом и Лениным, и глаза его видели только то, что он хотел видеть, что укладывалось в эти догмы. Потом, уже на пенсии, он и сам многое переосмыслил. Недаром так забеспокоились вожди эпохи застоя, когда узнали, что Хрущев наговорил на магнитофон свои воспоминания.

          Хрущев был противоречивой фигурой. По иронии судьбы памятник ему делал гонимый им скульптор Эрнст Неизвестный. Он изваял в 1974 году надгробие на могиле Хрущева, и символическими контрастами форм и цвета подчеркнул противоречивость его личности. А вожди эпохи застоя, которые всего боялись, препятствовали даже установке этого памятника на могиле Хрущева.

          Я до сих пор для себя не решил, был ли Хрущев по большому счету прав... Трудно сказать мне по этому поводу что-нибудь определенное. Он был продуктом той эпохи. Верно служил Сталину, но «держал кукиш в кармане», как многие в ту пору. Потом «разоблачил» его культ. А в целом был очень непоследователен. В конце концов, именно он создал тот Президиум ЦК с Сусловым, Брежневым и другими деятелями, который его же и лишил власти, а нам потом с ними пришлось жить еще два десятка лет. И, как мне кажется, стало много хуже, чем при непредсказуемом Хрущеве. Его личность безусловно оказала влияние и на меня, и на всех вокруг меня, и на развитие всего нашего общества. Мы уже жили по-другому и по-другому думали. И понимали, что сталинизм и репрессии, затрагивающие миллионы людей, уже не вернутся.

          Пусть это будет тем плюсом, который перетянет чашу весов.

          Но в октябре 1964 г. никто защищать Хрущева не бросился. Более того, на общеуниверситетском партсобрании по поводу разоблачения "волюнтаризма и субъективизма" преподаватель социолог Ф.Д.Садыков бросил упрек в адрес всесильного местного "первого", вопрошая: "Многих из нас удивляет поведение первого секретаря т.Горячева. Когда, интересно, он был искренен: или когда прославлял Хрущева, или сейчас?"

         После снятия Хрущева, все еще веря в светлое коммунистическое будущее, я надеялся, как и многие, что избавившись от волюнтаризма, мы будем более строго взвешивать свои шаги и пойдем вперед, не делая ошибок, еще быстрее. И я, я был в этом уверен, могу на своем месте способствовать этому. Я работал, и у меня пока все получалось. 

 

best
  • mikat75

Академгородок, 1964. Пост 26. Академия наук против Лысенко (2)

Продолжение главы Академгородок, 1964.
см. Академгородок, 1964. Пост   1  -  10,   11  -   20,   21,   22,   23,   24,   25.

См. также предыдущие главы: Академгородок 1959, 1960, 19611962 и 1963 гг.




кто осмелился выступить против Лысенко

 

          Академик Владимир Александрович Энгельгардт (1894 – 1984) – всемирно известный молекулярный биолог, герой Социалистического труда, лауреат Сталинской премии. В 1931 году он открыл ключевое явление в энергетике живой клетки: образование аденозинтрифосфорной кислоты (АТФ) за счет энергии процессов биологического окисления. В 1939 году он объяснил биохимический механизм сокращения мышц. Энгельгардт предложил объяснение физиологического механизма взаимодействия процессов дыхания и брожения, именно фазы угнетения брожения дыханием (так называемый эффект Пастера). Под его руководством сотрудниками Института молекулярной биологии расшифрована первичная структура двух  транспортных РНК, определена последовательность аминокислот в крупной молекуле белка, разработаны новые методы структурных исследований белков нуклеиновых кислот (1965).

   Академик Игорь Евгеньевич Тамм (1895 —1971). Основные направления научного творчества Тамма относятся к квантовой механике, физике твёрдого тела, теории излучения, ядерной физике, физике элементарных частиц, а также к решению ряда прикладных задач.
               В 1932 году опубликовал работу, в которой теоретически предсказал существование поверхностных состояний на поверхности твёрдого тела (этот вид поверхностных состояний сейчас известен как состояния Тамма).
              Совместно с И. М. Франком в 1937 году описал (формула Франка — Тамма) движение частиц в среде со скоростью, превышающей скорость света в этой среде. Эта работа объяснила ранее полученные экспериментальные данные (эффект Вавилова — Черенкова), за что в 1958 году Черенков, Франк и Тамм получили Нобелевскую премию. В 1945 году разработал метод решения задач квантовой теории поля, получивший название метода Тамма — Данкова. Лауреат Сталинской премии первой степени (1946). В 1967 году был награждён Большой золотой медалью имени М. В. Ломоносова за выдающиеся достижения в теории элементарных частиц и других областях теоретической физики.
                Совместно с А. Д. Сахаровым разработал принципы удержания плазмы в токамаке. В 1933 г. Тамма избирают членом-корреспондентом АН СССР, а в 1953 г. он становится академиком.
                 В 1955 году подписал «Письмо трёхсот» в Президиум ЦК КПСС. Письмо содержало оценку состояния биологии в СССР, критику научных взглядов и практической деятельности Т. Д. Лысенко. В 1960-х годах И. Е. Тамм был активным участником Пагуошского движения ученых за мир, разоружение и международную безопасность, за предотвращение мировой термоядерной войны и научное сотрудничество.

           Академик Андрей Дмитриевич Сахаров (1921 – 1989) совместно с академиком И.Е. Таммом разработал идею магнитного термоядерного реактора (1953). Он был «отцом» водородной бомбы в СССР. Он стал трижды Героем Соц. Труда, лауреатом Сталинской и Ленинской премий. В 1953 – 1968 его общественно-политические взгляды претерпели серьезную эволюцию. Сахаров стал одним из инициаторов Договора о запрещении ядерных испытаний в трех средах. В 1964 и 1965 выступил против Лысенко, противодействовавшего развитию генетики. В 1966 принял участие в коллективном письме XXIII съезду КПСС против возрождения культа И. В. Сталина, обращался к властям с протестами против преследования за убеждения. 

          Академик Павел Сергеевич Александров (1896 – 1982) выдающийся математик, основатель научной школы по топологии. Автор трудов по топологии, теории множеств, теории функций. Герой Социалистического труда (1969), лауреат Государственной премии (1943). В течение тридцати трех лет был президентом Московского математического общества, а в 1964 г. избран почетным президентом. С 1958 по 1962 год П.С. Александров был вице-президентом Международного математического союза.

          Академик Яков Борисович Зельдович (1914 –1987) – один из создателей атомной бомбы  и водородной в СССР. Наиболее известны труды Якова Борисовича по детонации, описанию процессов горения, ядерной физике, астрофизике, гравитации. В 1939—1941 годах Я.Б.Зельдович и Ю.Б.Харитон впервые осуществили расчёт цепной реакции деления урана. В работах Зельдовича по космологии основное место занимала проблема образования крупномасштабной структуры Вселенной. В сотрудничестве с Р. А. Сюняевым создал теорию рассеяния реликтового излучения на электронах и предсказал физическое явление, известное под названием эффекта Сюняева — Зельдовича.

         Четырежды лауреат Сталинской и лауреат Ленинской премии, трижды герой социалистического труда. Награждён золотой медалью им. К. Брюс Тихоокеанского астрономического общества (1983), Золотой медалью Лондонского королевского астрономического общества (1984), золотой медалью имени И.В.Курчатова (1977). Президиум РАН присудил Я.Б.Зельдовичу премию имени А.А.Фридмана 2002 года за серию работ «Эффект понижения яркости реликтового излучения в направлении на скопления галактик».

О Зельдовиче
(юмор из Википедии; не каждый удостаивается)

          Рассказывают, что когда Якова Борисовича избрали академиком, в Арзамасе-16 [это был закрытый город – первый советский ядерный центр. Теперь Саров. МК] на банкете по случаю этого события Зельдовичу подарили чёрную академическую шапочку (носили такие примерно до 60-х годов) и плавки. На шапочке была надпись «Академия Наук СССР», а на плавках — «Действительный член».

          Рассказывают, что однажды академик Мигдал назвал во время жаркой дискуссии Зельдовича при посторонних людях «жопой». Зельдович ничего не ответил, но позже в одной из его статей в УФН появился акростих, приписанный Велемиру Хлебникову: «Могучий и громадный, далек астральный лад. Желаешь откровенья — познай атомосклад», с пометкой «Разыскания Я.Б.Зельдовича». Впрочем, редакция в последний момент заменила слова «Желаешь откровенья» на «Ты ищешь объясненья».

          На одном из собраний Зельдовича попросили высказаться на философскую тему «О форме и содержании». Зельдович ограничился одной фразой: «Формы должны быть такими, чтобы их хотелось взять на содержание».

что было дальше

 

          Разумеется Лысенко не сдался. У него большой опыт, и он знает, что делать. Он немедленно пишет письмо в Президиум Академии.

          Письмо Т. Д. Лысенко Главному ученому секретарю Президиума АН СССР Н. М. Сисакяну. 

          Глубокоуважаемый Норайр Мартиросович!

          Прошу довести до сведения Президента Академии ак адемика М. В. Келдыша и Президиума АН СССР о нижеследующем:

          На общем выборном собрании АН СССР 26/VI 1964 г. я просил Президиум представить мне доказательства обвинения, брошенного в мой и Н. И. Нуждина адрес. Теперь, прочитав стенограмму, я снова прошу Президиум АН СССР в письменном виде представить доказательства следующего обвинения: «...Нуждин вместе с Лысенко несут ответственность за те позорные и тяжелые страницы в развитии советской науки, которые в настоящее время, к счастью, кончаются».

          Попробуйте доказать, в чем заключаются эти «позорные и тяжелые страницы в развитии советской науки». В чем моя и Н. И. Нуждина вина в этом деле?

          Лично меня, отдавшего всю свою жизнь развитию прогрессивного мичуринского направления в биологии на протяжении всей моей научной деятельности, в каких только грехах не обвиняют. Клевещет каждый, кому только охота, причем многие из них не читали ни одной моей научной работы и в то же время обвиняют меня в развале биологической науки. Обвиняют меня также в уголовных преступлениях. С полной ответственностью заявляю, что все это абсолютная клевета.

          До сих пор эту клевету распространяли, хотя и в широком масштабе, но так сказать, неофициально, как говорится, за углами. АН СССР как организация официально к этому делу была непричастна. Теперь же с голословным обвинением выступили уже на большом официальном собрании ученых — на сессии АН СССР. Этим теперь АН СССР показала, что тому, кто будет развивать науку в плане теоретических биологических положений, выдвинутых академиком Т. Д. Лысенко, тому нет места в рядах академиков АН СССР. Иначе зачем при обсуждении кандидатуры в академики Н. И. Нуждина выдвинутые против него обвинения связали с академиком Лысенко. Это только для того, чтобы наглядно показать, что кто в своей биологической работе разделяет научные взгляды академика Лысенко, тому будет создана такая же небезупречная научная репутация, какую недруги науки пытаются создать академику Лысенко.

          Все это крайне мешает моей научной работе и подорвало мое здоровье. Поэтому по состоянию здоровья я отказался от выполнения обязанностей директора Института генетики АН СССР. Об этом я неоднократно заявлял президенту, академику М. В. Келдышу, и просил его назначить нового директора Института генетики.

          Теперь у меня является настойчивая мысль — стоит ли, полезно ли для биологической науки и колхозно-совхозной практики мое пребывание в составе академиков АН СССР.

           Академик Т. Д. Лысенко.
          
               Вот шантажист! Он уверен, что Хрущев его не отпустит!

          Вероятно, похожее письмо было написано им и президенту ВАСХНИЛа М.А. Ольшанскому, потому что тот пишет письмо-донос лично Хрущеву. Вот оно письмо президента ВАСХНИЛ М. А. Ольшанского Н. С. Хрущеву:

Центральный Комитет КПСС
товарищу Хрущеву Никите Сергеевичу

          В связи с выступлением академика А. Д. Сахарова на сессии Академии наук СССР считаю своим долгом довести до Вашего сведения о следующем.

          Да, действительно, селекционер В. Н. Ремесло и генетик Н. И. Нуждин не были избраны в Академию наук СССР по той причине, что они разделяют в биологии направление, развиваемое академиком Т. Д. Лысенко.

          В. Н. Ремесло не только разделяет мичуринское учение, но и умеет им пользоваться в селекционной работе. На основе этого учения выведен сорт озимой пшеницы Мироновская 264, затем еще более зимостойкий и урожайный сорт Мироновская 808; сейчас передан в госкомиссию по сортоиспытанию еще более урожайный сорт Киевская 893, а на подходе в сельскохозяйственных посевах имеется ряд еще лучших сортов. В. Н. Ремесло, как по конвейеру, создает путем направленного изменения наследственно яровой пшеницы новые сорта озимой, один лучше другого. Эти работы вносят существенный вклад в науку. На опыте этой работы академик Т. Д. Лысенко не только еще раз подтверждает правильность ранее установленных закономерностей направленного изменения наследственности яровых в озимые и зимостойкие, но и раскрывает пути направленного изменения ряда других хозяйственно ценных признаков растений, таких как крупность колоса, крупность зерна, хлебопекарные качества, и других наследственных свойств растений, обуславливающих высоту урожая и качество сельскохозяйственной продукции.

         Некоторые физики, химики, математики и биологи, взявшие в свои руки руководство биологической наукой в АН СССР, отстаивая догмы формальной генетики, понятно, не могли допустить в Академию неугодного им ученого.

          В. Н. Ремесло был провален довольно легко еще на первом этапе выборов —на собрании отделения при избрании членов-корреспондентов. Экспертная комиссия противопоставила ему также достойную кандидатуру — Б. П. Соколова, а на самом собрании ему была противопоставлена еще и третья кандидатура — М. И. Хаджинова. Голоса разделились, ни один кандидат не получил необходимых по уставу 2/3 голосов и в итоге вакансия члена-корреспондента осталась незамещенной.

          Член-корреспондент Академии наук СССР Н. И. Нуждин на собрании отделения получил необходимые 2/3 голосов и в качестве кандидата в действительные члены академии был выдвинут отделением для избрания на общем собрании Академии наук. Так как на заседании партийной части академии кандидатуру Н. И. Нуждина никто не отводил и она была рекомендована Общему собранию, то задачу провала его на Общем собрании взяли на себя беспартийные академики. Мотивы этого довольно хорошо изложены в выступлениях академиков В. А. Энгельгардта, А. Д.Сахарова и И. Е. Тамма. Дело в том, что Н. И. Нуждин является ученым мичуринского направления в биологии и неоднократно выступал с критикой формально-генетического направления, которое сейчас превозносится в Академии наук СССР. А для большей действенности отвода А. Д. Сахаров в своем выступлении возвел на Н. И. Нуждина и Т. Д. Лысенко чудовищную клевету политического характера. Это и определило провал кандидатуры Н. И. Нуждина на выборах.

          Многие противники Лысенко в своей борьбе против его научных взглядов пользуются недостойным приемом — клеветой, восстанавливая против него общественное мнение.

          Уже несколько лет ходит пущенная молва о культе Лысенко, который связывают с культом Сталина. Распространяют слухи, что якобы по вине Лысенко в период культа личности Сталина погибли видные советские биологи, другие были уволены со своих постов, третьи подвергались всякого рода гонениям.

          Более двух лет распространяется перепечатываемая на машинке объемом в 210 страниц книга Ж. Медведева «Культ личности и биологическая наука» —ворох грязных клеветнических выпадов, имеющих целью скомпрометировать Т. Д. Лысенко как ученого, гражданина, человека. В числе других обвинений здесь на десятках страниц муссируется клевета о виновности Т. Д. Лысенко в гибели академика Н. И. Вавилова и ряда других советских ученых.

          В 1957 г. на сессии ВАСХНИЛ выступил профессор А. В. Соколов с клеветническим обвинением Лысенко в разгоне кадров агрохимиков.

          На большом совещании лесоводов в 1963 г. профессор Шепотьев Ф. Д. в своем выступлении говорил о вреде существующего якобы культа личности Лысенко, поддерживаемого высшими инстанциями.

          И вот теперь на сессии Академии наук СССР академик А. Д. Сахаров заявил о виновности Лысенко в каких-то позорных и тяжелых страницах советской науки.

          Ни председательствующий на сессии, ни члены Президиума, ни кто-либо из членов академии не отмежевался от этого грубого политического обвинения, наоборот, многие члены академии проводили А. Д. Сахарова с трибуны аплодисментами. Только сам Т. Д. Лысенко заявил протест против такого недопустимого выпада и потребовал от Президиума определить его отношение ко всему этому. Выступление по этому вопросу председательствующего академика М. В. Келдыша нельзя признать удовлетворительным: «Я думаю, — заявил академик М. В. Келдыш, — что выступление А. Д. Сахарова было неправильным и нетактичным, потому что если действительно предъявлять такие обвинения, то надо высказывать причины и их анализировать, а так выступать неправильно». Таким образом, Президиум отмежевался от формы, но не от существа выступления академика Сахарова.

          Лысенко угнетен и обескуражен. Ни один голос на сессии Академии не раздался в его защиту, он вынужден был сам заявить на сессии Академии, что он не преступник, что он честный человек. Где же найти защиту от гнусной, оскорбительной, с грязью смешивающей достоинство советского человека клеветы?

          Ведь есть же Закон, ограждающий советского человека. Почему же он не распространяется на академика Т. Д. Лысенко? Создалось невыносимое, позорное положение.

          Зная Т. Д. Лысенко 35 лет, из которых свыше 20 лет по совместной работе, я уверяю Вас, Никита Сергеевич, что Лысенко лично никакого отношения к репрессиям, арестам кого бы то ни было не имел. Он даже никого из своих научных противников не уволил с работы, хотя по своему положению (Президент ВАСХНИЛ, директор института) не только мог, но даже обязан был в отдельных случаях это делать. Это честнейший человек и великий ученый. Нужно защитить Т. Д. Лысенко от потоков грязной клеветы. Это послужит также защите прогрессивной материалистической биологии, молодые ростки которой ныне топчутся разными способами, теперь уже на уровне сессии Академии наук — высшего научного учреждения Советского Союза.
          М. Ольшанский 

          Судя по тону писем, и Лысенко, и Ольшанский понимали, что их влияние на Хрущева больше влияния Академии наук. Видимо, понимали это и члены Академии наук. Только в выступлении Сахарова все названо своими именами, Келдыш уже ищет компромисса с Т. Д. Лысенко, осторожничает. Чувствуется, что он побаивается Трофима Денисовича. И не зря. Лысенко с легкостью превращает поражение на выборах Нуждина в политический скандал. Он легко вызывает гнев Н. С. Хрущева, который начинает готовить вопрос об упразднении Академии наук и создании вместо нее Комитета по науке.

избрание академиков и член-корреспондентов по Сибирскому отделению АН

         26 июня 1964 года Общим собранием Академии наук СССР были избраны по Сибирскому отделению действительными членами АН СССР А.Д.Александров (математика), Г.И.Будкер (ядерная физика), В.В.Воеводский (общая и техническая химия), Л.В.Канторович (математика, экономика).

          Членами-корреспондентами АН СССР стали А.Г.Аганбегян (экономика), В.А.Аврорин (языкознание), Д.К.Беляев (биология, физиология), С.Т.Беляев (ядерная физика), Б.В.Войцеховский (механика), Л.В.Киренский (физика), А.А.Ляпунов (математика), А.А.Наумов (ядерная физика), Л.В.Овсянников (механика), М.М.Одинцов (рудные ископаемые), А. П. Окладников (история СССР и археология), Р.З.Сагдеев (физика), Н.А.Шило (рудные ископаемые), А.И.Ширшов (математика).      

          Меня тогда поразило, что Дмитрий Константинович Беляев был кандидатом наук, а не доктором, но член-корреспондентом его все-равно избрали. Впоследствии его избрали и академиком, автоматически присвоив ему докторскую степень. Тогда я, кажется, впервые понял, что академические звания могут присваиваться за организационную деятельность, а не за научные достижения. Но в нашей академической среде эти звания открывали путь ко многим материальным благам: диспансерное медицинское обслуживание, академический стол заказов, питание в столовой дома ученых, где готовили качественно и вкусно (но весьма дешево), получение коттеджа, месячное дополнительное содержание (членкора – 1500 руб., академика – 3000 руб), возможность бесплатного использования легкового автотранспорта из гаража СО АН, а после ухода на пенсию – оплачиваемая должность научного консультанта в институте.

          Я уже был знаком почти со всеми (не знал только Киренского, Одинцова и Шило, т.к. они работали в других городах) и после собрания лично поздравил всех, кого знал, с избранием.

          Если же говорить о ситуации вокруг Академии наук, то она была наисложнейшей. После такого "бунта" академиков можно было ожидать всего. Все ждали, какой же будет реакция Хрущева.

Продолжение следует

Был молод я
  • mikat75

Академгородок, 1964. Пост 9. Пояс внедрения. Хрущев об оттепели. Арабские герои Советского Союза.

Продолжение главы Академгородок, 1964.
см. Академгородок, 1964. Пост   1,   2,   3,   4,   5,   6,   7,   8.
См. также предыдущие главы: Академгородок 1959, 1960, 19611962 и 1963 гг.




Создано СКБ ГИТ при Совнархозе, а Совнархоз был вскоре ликвидирован

В апреле было принято решение о создании Специального конструкторского бюро по гидроимпульсной технике (СКБ ГИТ) Западно-Сибирского совнархоза для проектирования, изготовления и внедрения в промышленность новых образцов гидроимпульсных машин и механизмов на основе разработок отдела быстропротекающих процессов Института гидродинамики. Начальником был назначен Б.В. Войцеховский.

Это СКБ недолго пробыло в составе совнархоза. При ликвидации Совнархоза в 1965 году встал вопрос и об этом СКБ. Передать его какой-либо отрасли не представлялось возможным, и Лаврентьев решил принять его в состав СО АН. А что было делать? Так появилось академическое СКБ с Богданом Войцеховским во главе.

Это была первая, не очень удачная попытка создания «пояса внедрения» вокруг СО АН.

Но Михаил Алексеевич эту идею не бросил. Теперь его мысли переключились на создание НИИ и КБ в отраслевых министерствах, ориентированных на внедренческую тематику СО АН. То-есть на те выходы фундаментальной науки, которые требовали значительной проработки в отрасли, чтобы довести модели, стенды, макеты и лабораторные техпроцессы до приборов, машин и промышленных технологий.

«наш Никита Сергеевич»

            Прошло уже 11 год после смерти Сталина. Несмотря на ряд неудачных решений, беспрерывные реформы управления, непредсказуемость политических и экономических шагов, снижение жизненного уровня населения, постепенно складывался новый культ личности – культ Хрущева. Его стали славословить. Может быть, не так, как Сталина, – Хрущева пока еще не называли великим и мудрым, но все к тому шло. Вот и фильм сняли о достижениях в прошедшее «великое и славное десятилетие». Наконец, 16 апреля 1964.был опубликован Указ Президиума Верховного Совета СССР о присвоении Н. С. Хрущеву звания Героя Советского Союза в связи с 70-летием со дня рождения.

            На следующий день, который и был днем его рождения, телевидение показало документальный фильм «Наш Никита Сергеевич».

            А в Президиуме ЦК рядом с ним сидели люди, которым все больше и больше не нравились беспрерывные реформы, импульсивность Хрущева в принятии решений и... боязнь за свое кресло. Они выступали за консервативное развитие народного хозяйства, за более эффективный контроль над обществом во всех сферах идеологии и культуры. И Хрущев в некоторых вопросах, особенно в идеологических шел им навстречу, показывая, что он относится непримиримо к проявлениям инакомыслия, даже самым незаметным.


Хрущев: “...сложилось и такое понятие о какой-то оттепели. Это ловко этот жулик подбросил, Эренбург” 

            Просматривая опубликованные архивные материалы заседаний Президиума ЦК КПСС, я наткнулся на выступление Н.С. Хрущева 25 апреля 1963 г., т.е еще за год до событий, которые я сейчас описываю.  

            Сначала Хрущев поразмышлял о кинофильмах:

Н. С. Хрущев:
                Теперь по идеологическому вопросу. Я хотел бы высказать такое соображение. 
                Нам надо как-то организовать работу по идеологическим вопросам в более широком плане. Сейчас у нас этот участок неуправляем. Аппарат, который существует, занимается этим вопросом символически и он ничем не управляет.
              Вот мы критикуем кино1. Так, в аппарате ЦК людей, которые занимаются вопросами кино, двое. Мы выпустили 150 картин. Так?

Голос: 106 за год.

Н. С. Хрущев: 
                106 это художественных, а сколько технических журналов, хроники — это чистая политика.
                Вот, спрашивается, могут ли эти люди обеспечить? Они же физически не имеют возможности прочесть сценарий. Следовательно, здесь полная анархия и неуправляемое начало заложено. Это невозможно.
               В Министерстве культуры аппарат, видимо, большой, но тоже не способен, не может управлять. Видимо, это так?

Е. А. Фурцева: Справку можно дать?
Н. С. Хрущев: Пожалуйста.
Е. А. Фурцева: Когда было Министерство кинематографии, было 970 человек, делали 9 картин в год. А сейчас вот мы передаем т. Романову — и художественные, и прокат — 112 человек, весь аппарат, который занимался в союзном министерстве.

Потом Хрущев вспомнил об Илье Эренбурге и оттепели: 

Н. С. Хрущев: 
            Поэтому, помимо этого, сложилось и такое понятие о какой-то оттепели — это ловко этот «жулик» подбросил, Эренбург, поэтому люди при «оттепели» стали не вникать в это дело и вот поэтому получилось так. 

Последняя фраза Хрущева какая-то корявая, Но, наверное, члены Президиума к этой корявости уже привыкли, и смысл ее, как и предыдущего бреда о кино, был им ясен. Он заключается в том, что верхи не хотели никакой «оттепели», а тут «этот жулик» Эренбург ловко подбросил такое вдохновляющее низы и усыпляющее верхи понятие, и руководители партии и правительства (те, кто должен был строго контролировать мысли, возникающие в мозгах людей) расслабились, сократили количество цензоров, и в настоящее время идеологическая работа партии ослабла:

– Подумать только, все сценарии новых кинофильмов не удается предварительно прочитать. И тот минимальный аппарат цензоров, который сохранился, уже ничем не управляет. Подумать только, важнейший участок идеологической работы стал «неуправляем»: «полная анархия и неуправляемое начало заложено. Это невозможно [больше терпеть]». Караул!

Я считаю, что оттепель закончилась именно после апрельского пленума ЦК КПСС в 1963 году.

К счастью, я тогда так не думал, и многие другие мечтали что в Академгородок станет не только научным и торговым, но и культурным центром. Первые ставшие впоследствии знаменитыми клубы Академгородка оперились в 1963 году, а в следующем году отчаянно нуждались в помощи, так как у них ничего не было, – ни денег, ни минимальных штатов, ни помещений. Все было еще в зародыше. Ростки культурной жизни начали бурно прорастать, но без подпитки материальными ресурсами долго существовать не могли.

О клубах и других объединениях молодежи Академгородка и о помощи им – речь впереди. Пока что, скажу только, что их ни в 1963, ни  в 1964 году никто не контролировал, никто не критиковал ни за какие ошибки, и никто ничего никому не указывал.
                А вопросы там обсуждались довольно острые, и некоторые из них потом обсуждались и на знаменитых кухнях многих квартир. 
               Но иделогические работники в партийных органах то ли этого не замечали, то ли не придавали значения. Может быть, даже пытались избежать излишней остроты, поскольку во всех клубах членами их были преподаватели НГУ (философы, историки, экономисты, слависты) и сотрудники будущего Института истории, философии и филологии, пока что (до 1966 года) находившиеся в составе Института экономики и организации промышленного производства. Некоторые из них были весьма активны в дискуссиях и часто добивались того, что их достаточно умеренные взгляды побеждали. Это были яркие фигуры, блестящие ораторы, позволявшие себе некоторые острые высказывания, и молодежь за ними охотно шла. Тем более, что тогда даже умеренные, но с некоторой новизной взгляды на развитие общества казались революционными.

арабские герои Советского Союза

30 апреля 1964 года Указом Президиума Верховного Совета СССР звание Героя Советского Союза было присвоено президенту Алжира, генеральному секретарю партии Фронт национального освобождения А. Бен Белле.

А вскоре 13 мая этого же года во время посещения Объединенной арабской республики, как тогда назывался Египет, вышел новый Указ о присвоении звания Героя Советского Союза президенту ОАР Гамаль Абдель Насеру. через две недели звание героя получил и первый вице-президент ОАР Абдель Хаким Амер.

Я не думаю, что нашелся бы человек, который бы не ругнулся про себя по этому поводу. Я к тому времени знал, что во время второй мировой войны Насер восхищался Гитлером. И он все время грозился сбросить всех евреев в море, вести борьбу за Палестину «до последнего еврея». 
               То-есть в моих глазах он был фашистом и душегубом. Впрочем, он таким и был на самом деле, а не только в моих глазах.

Впоследствии я был рад, что нашел у Владимира Высоцкого в одной из песен такие строки:

Отберите орден у Насера,
                                                Недостоин ордена Насер. 

            В то время многие возмущались тем, что египетские правители Насер и Амер и алжирский лидер Бен Белла стали героями Советского Союза.
           За какие такие заслуги перед советской страной они стали героями этой страны? В моих глазах это была полная девальвация высшей награды Советского Союза.

кончина Джавахарлала Неру

Премьер-минстр Индии Джавахарлал Неру скончался в мае 1964 года в возрасте 75 лет от сердечного приступа. Хрущев как председатель Совета Министров СССР послал его дочери и преемнику Индире Ганди телеграмму с выражением чувства глубокой скорби. Джавахарлал Неру был первым премьер-министром Индии после обретения страной независимости в 1947.

На снимке Дж. Неру и Индира Ганди

                В СССР его очень почитали. Хрущев вел стратегическую линию на укрепление дружественных связей с огромной Индией. Я тогда, помню, видел в газете такую цитату Ленина из статьи «Лучше меньше, да лучше»:
       «Исход борьбы зависит, в конечном счете, от того, что Россия, Индия, Китай и т.п. составляют гигантское большинство населения. А именно это большинство населения и втягивается с необычайной быстротой в последние годы в борьбу за свое освобождение, так что в этом смысле не может быть ни тени сомнения в том, каково будет окончательное решение мировой борьбы. В этом смысле окончательная победа социализма вполне и безусловно обеспечена».

Сейчас я ясно понимаю, что мировая борьба – не есть отнюдь борьба между капитализмом и социализмом, но тогда я как-то это не раздумывал над этим, а увидел только стратегические премущества сближения России (СССР), Индии и Китая. Только вот с Китаем у СССР в последнее время что-то плохо стало получаться (Мао цзе Дун не принял развенчание культа личности Сталина, ведь в Китае был такой, если не еще больший культ личности Мао Цзе Дуна), но с Индией отношения уже были дружественными. Они тоже строили социализм, но допускали частную собственность, т.е. для нас это был другой социализм, непохожий на наш, ущербный,  и, следовательно, неправильный. Но Хрущев закрывал на это глаза, потому что Индия была очень авторитетна в мире как лидер движения неприсоединения.

Еще в 1954 году Неру выдвинул 5 ставших знаменитыми принципов мирного сосуществования (панча шила). Принципы панча шилы предусматривали: взаимное уважение территориальной целостности и суверенитета, взаимное ненападение, невмешательство во внутренние дела друг друга, соблюдение принципов равенства и взаимной выгоды сторон, мирное сосуществование. Уже через год на основе этих принципов возникло движение неприсоединения.

В 1955 году Неру нанёс визит в СССР, после чего обе страны сблизились. Хрущев видел в Индии мощный противовес Китаю. По мере нарастания советско-китайских противоречий советско-индийские отношения становились всё более близкими и дружественными. 

Володя Штерн тоже перешел в новый отдел

Володе Штерну не понравилась задача, которую Работнов ему дал и по которой он защищал дипломный проект. Он тоже почувствовал своевременно, что что-то не в порядке с отделом в Институте. Поэтому по договоренности с академиком Кутателадзе Володя перешел к нему в заочную аспирантуру НГУ. Одновременно Алексей Андреевич Жирнов принял его на работу в отдел механики струйных аппаратов в лабораторию Мусатова старшим лаборантом, а через месяц Володю перевели младшим научным сотрудником. Я тоже работал в этой лаборатории, но занимался совсем другими вопросами.

Продолжение следует


Был молод я
  • mikat75

Академгородок, 1963. Часть 28. "Еврейский вопрос" при Хрущеве.

Продолжение главы Академгородок, 1963.
Начало см. части 
 1   --   10,   11  --   20,   21,   22,   23,   24,   25,   26,   27.  
См. также предыдущие главы: Академгородок 1959, 1960, 1961 и 1962 гг.



славное десятилетие

            Повсеместно – в прессе и на телевидении – в конце 1963-го и начале 1964-го шла мощная кампания восхваления деятельности Хрущева под флагом «итогов славного десятилетия» пребывания Хрущева у руля партии и страны. Этому посвящались циклы передач по радио и телевидению, статьи в газетах и журналах. В институтах появились выставки научных достижений, хотя СО АН существовало только половину этого срока.

еврейский вопрос при Хрущеве

Я читаю сегодня на огромном сайте http://rossichi.narod.ru/vl/jude04.htm, который смело можно считать антисемитским и разжигающим национальную рознь. Вот что черным по белому записано там. Сначала подзаголовок:

Неоправославие: Жизнь евреев при Хрущеве и Брежневе.

Потом «историческая справка»: 

Историческая справка: Хрущев Никита Сергеевич (1894-1971) он же Перлмуттер Никита. Брежнев Леонид Ильич (1906-1982), он же Ганопольский Леонид женат на Брежневой Виктории Павловне она же Гольдберг Виктория, племянница Л.З.Мехлиса.  

Collapse )
Был молод я
  • mikat75

Академгородок, 1963. Часть 26. Трудности с продовольствием. Просчеты в аграрной политике.

Продолжение главы Академгородок, 1963.
Начало см. части  1   --   10,   11  --   20,   21,   22,   23,   24,   25.  
См. также предыдущие главы: Академгородок 1959, 1960, 1961 и 1962 гг.



непоследовательность политики Хрущева

В стране нарастали политические и экономические проблемы. В этих условиях складывалось ощущение, что Хрущев перебирает варианты организации управления страной, экономикой, сельским хозяйством, пытаясь найти такие, которые могли бы стабилизировать положение. Все недостатки он объяснял медлительностью и неповоротливостью партийно-государственного аппарата, поэтому он и пытался его реорганизовать.

Он предложил ликвидировать сельские райкомы КПСС, заменив их парткомами производственных сельхозуправлений. Он усилил контрольные механизмы, создав Комитет партийно-государственного контроля.

Столь же непоследователен Хрущев и в отношении к интеллигенции. С одной стороны он демонстративно поддерживает антисталинские произведения А. Т. Твардовского, А. И. Солженицына, Е. Евтушенко, с другой - преследует "формалистов", укрепляет партийное руководство культурой.

Collapse )

На июньском (1963 г. ) пленуме ЦК КПСС официальный докладчик - секретарь ЦК Л. Ф. Ильичев заявил:

"Враги социализма рассчитывали, что, может быть, вместе с ликвидацией последствий культа личности будет перечеркнуто все сделанное партией и народом, поставлена под сомнение правильность избранного народом исторического пути. Действительно, отдельные политически незрелые или озлобленные люди клюнули на удочку буржуазной пропаганды ... Отдельные представители интеллигенции, в том числе и недостаточно идейно стойкие молодые люди, подхватили выдумку о конфликте поколений».
               Свои наблюдения Ильичев завершал таким выводом: "Надо усилить революционную бдительность советских людей".

Примеры революционной бдительности на этом пленуме успешно демонстрировал сам Хрущев, напавший на писателя Виктора Некрасова. Хрущев потребовал исключить его из партии.

На этом же пленуме Хрущев обрушился с оскорблениями на ученых. Неожиданно он стал настаивать на прекращении оплаты за ученые степени.

Хрущев подверг резкой критике Академию наук СССР и Сельскохозяйственную академию за их неэффективность, угрожал закрытием этих академий. Предложил перевести сельскохозяйственные научные учреждения из Москвы и Ленинграда в провинцию.

Хрущев говорил такие слова, словно он был разочарован как в науке в целом, так и в рекомендациях ученых. Он нередко пытался превратить эти рекомендации в партийно-государственную политику, но, похоже, это не приносило ожидаемых результатов А главным совечиком по аграрным вопросам у него был Т.Д. Лысенко. .

Полагаю, что правильно ему сказала его дочь Рада Никитична в Академгородке в 1961 году: «Не на ту лошадку ставишь, отец!»

трудности с продовольствием

            Осенью мы ощутили еще бОльшие трудности с продуктами питания. Из-за неурожая (впрочем, вероятно, не только из-за него) исчез из свободной продажи хлеб, возле булочных стояли огромные очереди. Правительству впервые пришлось покупать пшеницу в Канаде и Австралии, но об этом в газетах не писалось.

            По телевидению беспрерывно шли передачи, где рассуждалось о построении коммунизма — чтобы ни народ, ни иностранцы не узнали о наших трудностях.

            Но как Хрущев мог их скрыть, если мы ощущали их на своем желудке.

Один из многих анекдотов о Хрущеве:

Хрущеву задают вопрос:
- Никита Сергеевич, правда, что при коммунизме продукты будем заказывать по телефону?
- Правда, только выдавать их будут по телевизору.

агрогорода и другие непродуманные реформы

 

Еще в 1951 году за подписью Хрущева в газете «Правда» появилась статья, где он выдвинул идею «агрогородов». Он предлагал. укрупнить колхозы и превратить крестьян в сельскохозяйственных рабочих, создав для них новую полугородскую, полудеревенскую среду обитания. Эта идея тогда не понравилась Сталину, и она была осуждена в закрытом письме ЦК ВКП(б) от 2 апреля 1951 года. Хрущев вынужден был срочно покаяться.

Но впоследствии, став первым секретарем ЦК, он свою идею реанимировал. Небольшие колхозы начали объединять. Ежегодно ликвидировалось порядка 10 тыс. колхозов. А вместо слабых, убыточных колхозов, начали повсеместно создаваться совхозы, которые уже были не кооперативными, а государственными предприятиями.

К 1963 году осталось около 19 тыс. колхозов, вместо 91 тыс. в 1955 г. Вместе с ликвидацией колхозов пустели небольшие и даже средних размеров деревни, откуда уходила молодежь с детьми и оставались только старики. 

          Ликвидация МТС (машинно-тракторных станций), которые в СССР были самостоятельными предприятиями, привела к дополнительным трудностям колхозов и стала причиной их экономической слабости, потому что им пришлось срочно выкупать технику в МТС под кредиты банка. Кредиты положено отдавать, и чтобы выйти из положения с финансами, большинство колхозов резко снизило оплату трудодня, а это привело к тому, что экономические стимулы вновь перестали действовать. Так что, вроде бы, правильная реформа, обеспечившая передачу собственности на сельхозмашины самим производителям продукции, из-за непродуманности подорвала экономику колхозов.

Крупным просчетом было то, что идею создания агрогородов решили дополнить наступлением на 
"частнособственнические интересы  крестьян и жителей пригородов.

Еще декабрьский пленум ЦК 1958 года принял решение о резком сокращении индивидуального скота у работников совхозов, которые должны были строить коммунизм, и личное подворье, где крестьянин трудился на себя, не должно было отвлекать его «от работы в поле или на колхозной ферме».

А в июне следующего года пленум ЦК запретил держать скот жителям городов и рабочих поселков. Это было совершенно ужасное решение. Я хорошо помню, что все вокруг меня считали это решение пепродуманным, неправильным и поспешным. Оно и привело к резкому сокращению поголовья скота в стране и, соответственно, к резкому сокращению потребления мяса. У частника через пару лет просто не стало ни молока, ни других молочных продуктов, ни мяса. Решение, на мой взгляд, было совершенно необъяснимо. Оно не диктовалось никакими экономическими интересами – ни отсутствием кормов в результате неурожая, ни падежом скота, ни стихийными бедствиями, – только отвращением у руководства коммунистической партии к «частнособственнической» идеологии крестьянства.

Для российского довольно холодного климата, где для нормальной жизни и работы людям необходимо питаться калорийно, это решение стало новым, мягко говоря, неприятным, но зато «идейно обоснованным»  испытанием, – стремлением быстрее вытравить из сознания людей пресловутый инстинкт частной собственности. Нас «тащили» вперед к коммунизму, пусть даже через недоедание.

Таким образом, животноводство в стране было подорвано ликвидацией в конце 50-х — 
начале 60-х годов личного скота, главным  образом, коров. Крестьянский скот в течение 
трех лет был частично сдан в общественные стада, но основная часть была крестьянами и 
жителями  пригорода забита. В результате страна потеряла миллионы голов скота.

Одновременно шла перестройка структуры посевных площадей. Активно внедрялась кукуруза. Она насаждалась насильно сверху, без должной подготовки, несмотря на более холодный климат России по сравнению с Соединенными штатами, откуда брали семена и технологию ее выращивания.

Это привело к тому, что валовая продукция сельского хозяйства в 1963 году снизилась почти на 11% по сравнению с 1962 годом и упала даже ниже уровня 1958 года.

Конечно, свою роль сыграли и повсеместная плохая погода во время уборки урожая, и экологическая катастрофа (пыльные бури) на целинных землях, о которой ученые предупреждали загодя.

Так или иначе, но продовольственная проблема в стране обострилась Уже в 1962 СССР 
вернулся к карточной системе снабжения  продовольствием. А в 1963-м году впервые за всю 
историю СССР были произведены закупки зерна за рубежом. В Канаде и Австралии  закупили 
9,4 млн. тонн зерна, потратив на это 372,2 тонны золота — около трети золотого запаса 
страны.
       Один из анекдотов о Хрущеве:

Пионерка спросила Хрущева: - Дяденька, правду папа сказал, что вы запустили не только спутник, но и сельское хозяйство? - Передай своему папе, что я сажаю не только кукурузу!

опустевшие деревни

Я видел лично эти опустевшие деревни с доживающими в них стариками. Закрытые школы, заколоченные здания правлений колхозов, незасеянные поля.

Я видел массовый исход разоренного крестьянства российских областей в близлежащие города, в лучшем случае, на центральную усадьбу колхоза или совхоза.

Поэты откликнулись на это печальное явление незамедлительно.

Поэт Николай Рубцов по поводу бегства молодежи из сел на писал стихотворение «Родная деревня»: 

Хотя проклинает проезжий             
            Дороги моих побережий,             
            Люблю я деревню Николу,             
            Где кончил начальную школу.  

Бывает, что пылкий мальчишка             
            За гостем проезжим по следу             
             В дорогу тропится слишком:             
             — Я тоже отсюда уеду!  

Среди удивленных девчонок             
            Храбриться, едва из пелёнок:             
            — Ну что по провинции шляться?
            
            В столицу пора отправляться!  

Когда ж повзрослеет в столице,              
            Посмотрит на жизнь за границей,              
            Тогда он оценит Николу,              
             Где кончил начальную школу…  

Жизнь показала, что большинству парнишек и девчонок уже просто некуда было вернуться. И они оставались в городе.

Поэт Анатолий Передреев нашел точную художественную формулу, отражающую этот процесс: 

                    Околица родная, что случилось?                     
                    Окраина, куда нас занесло?                     
                    И города из нас не получилось,                      
                    И навсегда утрачено село.

Продолжение следует